Хроники Серинтайи

Эй, твоя мастерская что, у озера?

В серых глазах блеснули различимые даже при свете луны веселые искорки.

– Не-а! Я тебя кружной дорогой повел. Вон, видишь, за яблонями темное? Там моя берлога, как бабушка называет. Раньше наша была, моя и деда, но деда четвертый год как похоронили, и теперь она моя. – Он замолчал, потом тихо добавил: – Вдвоем мы с бабушкой остались. Мамы нет, и деда нет, зимой девять лет будет, как мати утонула…

Эрна осторожно коснулась чужого рукава.

– А я даже не знаю, сирота я или нет.

– Это как??

– Приемыш.

.. Мамы названой полгода нет, папы год с лишком, а где родные, что с ними стало – не знаю.

– Ну дела-а-а… Слушай, может, ну ее, эту мастерскую? Завтра все посмотришь, сейчас там темнотища, как у коня в зад… темно, в общем, а последние свечи я вчера еще сжег. Там лавка под яблонями есть, можно просто посидеть. Если хочешь!

…На скамье сперва долго молчали, словно все слова разом закончились, но постепенно вновь вернулись к семьям. Второй раз за вечер Эрна горячилась, вспоминая колкости Лери, второй раз она рассказывала, шаг за шагом, кажущийся бесконечным путь.

Ид то хмыкал, то возмущался вместе с ней, то рассказывал уже о себе – о матери, «вы чуть-чуть похожи, только у нее волосы просто светлые, а у тебя – как золото, и глаза у тебя – как синие озера, а у мати зеленые были, прозрачные, как подводные травы», о деде, учившем работать по дереву, о том, как впервые пятилетним мальчишкой сел на коня, заорав от испуга – таким гигантским показался смирный соседский меринок. Наконец, Эрна доверительно сообщила:

– Твоя бабушка говорит, что уже меня видела, маленькую, мы у вас останавливались – ненадолго, только попить и передохнуть.

– Да ладно?? А когда?

– Семнадцать лет назад, получается. Восемнадцать скоро. Зимой… нет, в конце осени! Мама рассказывала, мы в Макрэ пришли под конец дожделива, он ненастный удался.

В ответ Идрон беззвучно зашевелил губами, загибая пальцы, словно что-то подсчитывал. На удивленные вопросы только нетерпеливо отмахнулся, досчитывая, и торжествующе заявил:

– Это значит, мати уже в Озеруху пришла! Может, я тебя тогда тоже видел! А может, и нет, мы с мамой долго в доме сидели, никуда не выходили.

Теперь настала очередь Эрианн удивляться. Идрон еле слышно вздохнул.

– Ну… Так нужно было. Да я не помню почти ничего, и то с чужих рассказов больше, сколько там мне было, год?

– Но почему? – Эрна снова коснулась его локтя. – Я не буду смеяться!

– Да при чем тут смеяться? – Невесело улыбнулся юноша.