Хроники Серинтайи

А тут что делать? Не придумав ничего лучше, девушка пробормотала:

– Я закончила. Только рубаху другую надень, эту отстирать бы. И куртку тоже!

– Потом, – отмахнулся юноша, роясь в поклаже, – лето, без нее даже лучше будет. Вот же ловкий сукин сын! И я кретин, открылся…

– Но они мертвые, а ты живой, – спокойно заметила Эрна.

– Это да. О, нашлась-таки!

Идрон быстро оделся и вскочил в седло. Протянул руку подруге; Эрианн заняла свое место за его спиной, и юноша подхлестнул коня, вскоре окончательно оставив за спиной место боя.

Дорога, выведшая из рощи, скоро раздвоилась. Придержав Ульма, Идрон задумчиво присмотрелся к боковой тропе – и неожиданно свернул туда, не обращая внимания на то, что тропа не казалась нахоженной, наоборот, заросла и одичала. Эрна изумленно окликнула:

– Зачем ты свернул?

– Дорога лучше показалась, – беспечно откликнулся тот, но девушка фыркнула, показывая, что она думает об умении кое-кого врать, и юноша неохотно проговорил: – Мы же не знаем, вдруг там, в роще, целое разбойничье гнездо? Увидят, что дружки померли, кинутся в погоню… Хочу их попытаться сбить со следа.

Ну поплутаем, так все равно тут тракт в округе один.

Рука летит на траву – только что живая, и вот уже мертвая, страшная, со стиснутыми на рукояти меча пальцами. Бывший хозяин руки хрипит, прижимая к животу обрубок, и медленно отступает.

«Щеня зубатое! Надо было не разделяться!

– Ничего, управимся. Поедешь к Одиру как миленький, Арбоново отродье!»

Мама не любила вспоминать о том, что случилось в Халларде. Не просто не любила – темнела лицом и сжимала тонкие руки, коротко отвечая на вопросы сына, и сын быстро понял, что маму с таким лучше не беспокоить. Но одно имя она все же назвала – Одир Одержимец.

Тот, кто убил отца. Тот, кто хотел убить их с мамой. Тот, кто сжег их дом, тот, из-за кого мама часто плачет, если думает, что он, Ронька, не видит. Тот, из-за кого… Да какая разница? Конские копыта глухо стучали по тропе, и под их стук не надумывалось ничего, кроме того, что за ним охотятся.

И Эрианн. Она ведь тут совсем ни при чем, просто едет с ним на одном коне, и не нужна его, Идовым, врагам.