Видящий-2. Тэн

 

            Ничего себе! Когда это мы успели подойти так близко к лесу? Еще несколько минут назад мы шагали по равнине между горами, а теперь с обеих сторон на дорогу понемногу наползали ели, закрывающие далекие скалы тяжелыми темно-зелеными лапами. Около Фолькьерка редкие деревья уже вовсю опадали, но местным суровым гигантам даже подступающая зима была нипочем. С каждым шагом лес становился все непрогляднее и темнее. Пожалуй, даже немного зловещим – даже дорога словно сжималась, пытаясь держаться подальше от хищно тянувшихся к ней мохнатых колючих ветвей.

 

            И в их тени пряталось что-то…или кто-то. Я не успел разглядеть тень, скользнувшую почти от самой обочины глубже в лес, но она мне точно не показалась – лапы елей еще покачивались, но никакого ветра не было.

            -Тихо! – Я замер на месте и раскинул руки, останавливая своих спутников. – Ты видел, кто там?

            – Наверное, собака… – шепотом отозвался Синдри.

– Или волк. Только черный.

            – Здесь вообще встречаются волки? – Я обернулся и встретился глазами с Хроки. – Они опасны? 

            – Всякое случается. – Тот покачал головой. – Детям или женщинам лучше не ходить через лес в одиночку. Но нас пятеро…

            – И у нас оружие. 

Рыжий Синдри уже успел до половины вытянуть из чехла на поясе длинный охотничий нож.

           Впрочем, особой уверенности я в его голосе не услышал. Меня и самого вдруг охватила тревога. Причем откуда ей взяться? Даже если где-то поблизости бродит стая голодных зубастых хищников, мы без труда сможем отбиться… 

            – Не нравится мне это. – Хроки взялся за край висящего за спиной щита. – Раньше здесь всегда было спокойно.

 

            Он… боялся? Хроки, без страха стоявший со мной рядом против имперских солдат и головорезов Рерика, и готовый в одиночку броситься с мечом хоть на весь хирд Орма Ульфриксона – боялся? Испугался какого-то голодного лесного зверья?! Да и остальные теперь выглядели чуть ли не до смерти перепуганными – во все стороны крутили головами и жались к середине дороги, словно лапы елей могли схватить их и утащить в лес.