Искоренитель

Битый час мы с Ефимием сквозь бурьян треклятый пробивались, который стеной непроходимой путь закрывал, и мне почудилось даже, что сталь о его побеги грубые будто о кости нечисти тупится, звеня подобно колоколу церковному над деревней.

Как только сети неразрывные таки пали под напором клинков, недалеко позади вдруг треск сокрушительный раздался, а из смолистой тягучей занавески портала Военег выпал, ничком валясь на липкую, но в то же время пыльную землю.

Мы удивлённо переглянулись.

Старший искоренитель раздражённо откашлялся, песок кровавый сплюнул и поднялся на ноги:

– Что же вы, соратники, за меня решили всё? – оголяя меч, он устало улыбнулся. – Как и ты, Мстислав, я – служитель ордена, и долг мой так же велит всех наших ворогов карать! Нерушима клятва эта!

Ефимий тяжело вздохнул и будто бы опечалился:

– Похвально это всё, но…. Честно признаться, от тебя я совсем иной службы ждал – взгляд его расстроенный упал на серебряную подвеску, которую сжимал в руке Военег.

– Обожди. Сам ей обо всё доложишь. Я тут вот что подумал: раз маги всякие в ворота эти проникали, то они, наверняка, и назад путь ведали? Иначе кто же тогда книги все эти писал и каждый ритуал по косточкам раскладывал? М-м-м?! – выпучив глаза, Военег вручил кулон вояке и затих.

– Вот и я неладное заподозрил, когда с кондачка следом сиганул…. – вздыхая, я обречённо развёл руками.

– То-то же. Полагать надо, что в трактатах своих колдуны неспроста с точностью обо всех ритуалах распинались – была обратно дорога. Иначе как ещё подобное количество книг объяснить? – Военег вздыбил брови. – Видать где-то и для последователей они испытания в томах припрятали, намеренно часть таинства укрывая, не то каждый юнец бы с магией этой играл и от мира нашего уже не осталось бы ничего!

– Значит сперва мы мага этого расспросам предадим, а лишь опосля с него голову срежем? – проводя пальцем по горлу, вояка захрипел.

– А тут и гадать не надо! – вскрикнул Военег. – Коли врата лишь в один конец служат, то….

Я радостно улыбнулся:

– То просто-напросто следует здесь ещё одни открыть и обратно вертаться!

– Истину говоришь, Мстислав!

Военег ликующе похлопал меня по плечу, а вояка будто бы не понял ничего, лишь сконфуженно лыбясь и вроде бы разделяя наш восторг.