Искоренитель

Вцепившись в меня, товарищ всё никак не мог унять свой бесцеремонный смех, пробуждающий всех стариков Клёновки, покуда внезапное озарение не настигло его: от недавнего поступка взгляд Ефимия задумчиво припал к земле, однако он тут же открестился, и постарался не придавать этому значения. 

Я долго наблюдал за молчащим оборванцем, который чего-то ждал и не вертался в хату, пока сцена убиенной семьи вновь не встала перед глазами.

Мне а́жно дурно стало:

– Слушай, а там кто живёт? – я волнительно сглотнул, указывая на злополучный дом.

– Та уж живёт. Токмо по именам я их не знаю – ни к чему мне. Вроде баба с младенцем, да мужик ейный…. Хотя, помнится, и мальчуган там был, лет семи, но они намедни в лес его свели, посему, небось, издох уж с голоду, иль волки задрали – вынимая трубку, седовласый принялся продувать её.

– Покойники там, мил человек! Мертвы – все, как один. Женщина, мужчина, младенец и… ребёнок.

– Да как же это? – мужик закашлялся.

Отмахнувшись, я развёл руками:

– Это у вас спросить следует.

Пока до трупов падкие твари не набежали, схороните мертвяков, а мы по иному делу! Скажи-ка, на днях здесь искоренитель был, верно?

– Всё так. Был. Его с собою староста Залесский приволок какую-то околесицу расследовать. Однако совсем скоро удалились!

– И что, небось, знаешь, куда они двинулись? 

– В харчевне лучше спросите, они любопытные там все, прям как вы!

Голос подал Ефимий:

– Ночку, вижу, нет охоты ночевать? – на сей раз, он бодр был, и движения его живые даже меня энергией к походу обеспечивали.

– Не до отдыха нам. Раз Военег вихрем по сёлам несётся, значит, нашёл что-то, и помощь ему оказать надобно! – я сглотнул воздух.

– Пойду о следе справлюсь, а вы местных попробуйте добудиться да расспросить, вдруг знают чего? – оглянувшись на уползающего от бочки пьяницу, офицер вновь усмехнулся и ножны покрепче затянул да шинок искать шагом уверенным направился.

Тем временем опять задождило.

Я капюшон с досады натянул да под пустой навес для коней встал, издалека слыша звон молота тяжёлого и крепкие выражения мужиков, что в кузне горн разжигали.

Ефимия дожидаться не стал, и поспешил к кузнице, которая пламенем ярким за хибарами показалась. 

Кузнецов ни я не потревожил, не наряд мой людей по обыкновению страшащий, зато клинок их заинтересовал, отчего беседа, будто бы сама наладилась.

Крепыш волосатый с радостью об отряде Военега стал рассказывать:

– Верно вы говорите, целый отряд искоренителей был.