Сквозь Тысячи Судеб

Я слышал одновременно тысячи голосов, словно шепчущих у меня за спиной, мое сознание то уплывало, оставляя тело, то становилось кристально чистым и ясным, словно лёд в диких северных озёрах. Сердце трепетало в бешеном ритме, иногда останавливаясь на несколько секунд. В такие моменты казалось, что через несколько секунд я умру, на этот раз уже окончательно.

Меня бросало то в жар, то в холод, я слышал слова умерших близких и погибших рядом со мной боевых товарищей. Виделись какие-то неясные обрывочные миражи то из прошлой жизни, то из нынешней.

О Эриас, что же было бы, если бы не множество защитных барьеров и покров из праны? Точно бы все мозги сожгло бы к чертовой матери. Очень надеюсь, что Ученица переносит выбросы не так тяжело, как я.

Мои мысли прервал нарастающий гул прямо внутри черепной коробки, постепенно переходящий в тонкий и противный писк, а затем и вовсе в ультразвук. В ту же секунду, когда пронизывающий мозги раскаленными иглами писк достиг своего предела,  где-то в районе затылка словно взорвалась бомба.

В глазах резко потемнело, к горлу подкатил ком и почему-то не получалось вдохнуть.

Я потерял сознание, но оно практически сразу ко мне вернулось. Выброс все еще не закончился, но его пиковый, самый тяжелый момент уже прошел. Когда зрение вернулось, получилось наконец-то взглянуть на прижавшуюся ко мне Элис. Девушка была жива, но потеряла сознание. Может, оно и к лучшему, так гораздо проще пережить бурю.

Потихоньку безумство энергий начало спадать, а мое самочувствие улучшаться.

Минуты через три выброс окончательно стих и я смог наконец-то сбросить защитные заклинания, пожирающие прорву маны.

- Просыпайся, - я легонько потормошил Ученицу за плечо. – Буря уже закончилась, нам пора уходить.

Особого результата мои попытки привести её в чувства не принесли.

- Да просыпайся же! – я тряхнул её чуть сильнее.

- М-м… - захлопав глазами, девушка застонала от боли и схватилась за голову.

Достав из рюкзака флягу с какой-то настойкой на травах с крепостью, наверное, градусов в шестьдесят, я сделал пару глотков, практически не чувствуя ни вкуса, ни запаха.

Плохо дело, значит, органы чувств еще не восстановились. В голове немного прояснилось, а боль начала отступать, стихая.

Я протянул флягу девчонке, она без лишних слов взяла её и сделала глоток. Судя по её реакции, раньше она подобных напитков не пробовала. Глядя на закашлявшуюся, но розовеющую и буквально оживающую на глазах девицу, я лишь молча усмехнулся.