Левиафан. Кровь Ангелов

Та пошатнулась и этого мгновения Нергалу хватило, чтобы перехватить ее левое запястье и ударить его о каменную стену. Меч покинул руку богини, она с рычанием высвободилась из захвата, нанесла несколько рубящих ударов вторым клинком, но Нергал вновь оказался быстрее. На его груди вспухли кровавые полосы, но бог не обратил на них никакого внимания – он ринулся вперед, отвел выброшенное навстречу лезвие вниз, а затем вновь ударил богиню в подбородок, но уже яблоком клинка. Та рухнула на пол, Нергал встал над ней и коснулся лезвием меча ее шеи.

Эрешкигаль стала женой Нергала, и никто никогда так и не узнал, что перед боем Эрра передал другу часть своей силы. Этот древний ритуал не был известен ни одному богу, Эрра нашел его, путешествуя на восток, в пустыню, где возле Ура он посетил древний зиккурат. Эрра давно заприметил эти необычные строения, которые местные народы использовали как храмы. Но оказалось, что не они строители зиккуратов, это наследие иной цивилизации, давно сгинувшей и не оставившей после себя ничего, кроме монументальных комплексов непонятного назначения.

Эрра каким-то шестым чувством улавливал, что зиккураты не были задуманы как места для поклонения. Скорее это были некие накопители энергии, которые по неизвестной причине оказались «обесточены». Сначала бог войны не слишком старался вникнуть в их суть, но в зиккурате Ура он нашел железные скрижали, на которых был изображен тот самый ритуал.

Так или иначе, Нергал был счастлив.

Эрешкигаль, казалось, смирилась с ролью примерной (или не очень) супруги, а главное – она забыла об Эрре. Сам же Эрра… он никому не признался бы в этом, но в какой-то момент понял, что Эрешкигаль была единственной богиней, которую он не хотел покидать. Почему же ушел? Возможно – по инерции. А возможно – зов войны в нем всегда был сильнее зова страсти.

А потом Хаммурапи пошел войной на Ларсу и у Эрры было много работы. Он вновь пробуждал в войнах отвагу и всепоглощающую ярость, сходился в бою с чужими богами и побеждал их, одного за другим.

Он вновь воплощался в телах смертных воинов и упивался кровью врагов, разрушая все, чего мог коснуться. Он стал втрое неистовее и впятеро безжалостнее. Но войны Хаммурапи все равно любили своего бога. Они не переставали славить его, наносили на свои тела кровавые раны в его честь, называли его именем своих сыновей.

Эрра, бог войны и разрушения, воплощение ярости Кадингирры.