Норвуд

— Какой рукой ты пишешь знаки?

Выглядел он не очень — крупные капли пота на лбу и белое лицо. Да и голос такой, будто в горле застрял огроменный ком. Однако двигался интерфектор при этом довольно уверено и когда втыкал иглу в левое предплечье Опалённой, руки его не тряслись.

Набрав тёмную густую кровь в совсем небольшой — не крупнее мизинца — пузырёк, он быстро заткнул его крохотной пробкой.

— Теперь нужно смешать, — мужчина взял в руки бутылочку из толстого стекла, в которой была неизвестная чёрная жидкость, — кровь и это...

Судя по всему, содержимое пузатой ёмкости, на боках которой, оказывается, имелись какие-то едва заметные насечки, не вызывало у интерфектора никаких тёплых чувств.

Он несколько раз поглядел на пузырёк с кровью, на отметины на стенках бутылочки, а затем отлил из последней какую-то часть чёрной жижи.

В том месте, где она упала на пол, ничего особенного не произошло, однако по помещению сразу же разлился аромат свежести, будто только что прошёл дождь.

— Что это, господин Глен? — возможно, мне показалось, но мой соратник глядел на жидкость с настоящим отвращением.

— Чистая скверна, Норвуд, — мужчина, аккуратно и не торопясь, перелил кровь Опалённой в пузатую бутылочку.

— Конкретно эта, кажется, получена из крови упыря.

Заткнув ёмкость пробкой, интерфектор опустился на корточки и стал периодически трясти смесь, прерываясь иногда на несколько мгновений. Жижа переливалась, меняя цвет — от угольно-чёрного до бордово-алого.

— Вы собираетесь это выпить? — меня начало потряхивать. Похоже, отец решил повторить судьбу сына.

— И тоже превратитесь в упыря?

— Нет, Норвуд, — господин Глен методично продолжал свою работу. — Если смешать чистую скверну и свежую кровь тёмной... сущности, — мужчина явно хотел использовать другое слово, но сдержался, чтобы не обидеть Френсис. — Можно на короткое время получить некоторые их способности, оставшись человеком. Но не это главное — такая смесь очень хорошо защищает от ментальных воздействий...