Кот, который умел искать мины

 – Не то что у Корюшкина. Он же у себя черт знает что развел, не земля, а рассадник нечисти. Глухариный питомник. Да и висит на нем...

– Висюки мы по другим разбросаем, – пообещал Свет Никитыч. – Да и по ходу... если очень уж большой завал будет... тоже подразгрести поможем. Но территорию закрепим за тобой, Валь. Больше не за кем.

Я уж было начал открывать рот, чтобы предложить целый список возможных кандидатур, и первым в этом списке стоял лично господин майор Половцев, но натолкнулся на фасетчатый отблеск зеленых очков – и спросил:

– Можно идти?

– Иди, Валентин, – благодушно – ну, еще бы, после такого! – позволило начальство.

Вернувшись в свой кабинет, я некоторое время просто тупо сидел, уставясь в пустоту, после чего с размаху грохнул кулаком об стол и полез в сейф.

За моей спиной раздался... нет, даже не звук, а скорее я просто ощутил загривком некое похолодание... и резко обернулся, судорожно сжимая служебный амулет.

– Здравствуй, Валентин.

– И вам добрый день, дядя Коля, – сказал я, пряча амулет обратно в карман.

Дядя Коля – участковый призрак. Он живет в участке так давно, что из нынешних работников уже никто не помнит обстоятельств его гибели – героических или не очень. Более‑менее достоверно известно только то, что, скончавшись – и обнаружив свое новое состояние, – дядя Коля сначала попробовал поселиться в своей прежней квартире, но ее отдали одной многодетной семье, а выжить в таких условиях трудновато даже для призрака.

Вот дяде Коле и пришлось переселяться на прежнюю работу.

– Слышал, что тебе корюшкинскую землю хотят впихнуть, – начал дядя Коля.

Я издал тяжкий вздох, который призрак, без сомнения, мог оценить по достоинству.

– Уже впихнули.

Дядя Коля подплыл поближе к столу.

– Не повезло тебе, – сочувственно заметил он.

– Да уж.

– А я как раз хотел тебя предупредить, чтобы ни в коем случае не брал, – продолжил призрак.

– А в чем дело‑то?

– Пока ни в чем.

Но чего‑то там вот‑вот приключится. – Призрак пошел волнами, что, насколько я помнил, соответствовало пожатию плечами. – Точно ничего сказать не могу, но в воздухе носится.

Я вздохнул второй раз, развернулся, вытащил из сейфа непочатую флягу «Goblinskogo Priveta», в просторечии именуемого спотыкаловкой, латунную рюмку и выставил их на стол.

– Будешь?

Дядя Коля мигнул.

Лучше уж с призраком, чем с самим собой.