Дети пустоши

Канидайец был чуть выше Филиуса, весь покрыт бурой короткой шерстью с легким оттенком рыжего цвета. Его морда была короткой, с острыми зубами, черным носом и темно-карими глазами. Лапы были тонкими и отдаленно напоминали человеческие руки; на пальцах имелись небольшие когти. Хвост пришельца был пушистым и длинным настолько, что кончик его касался пола.

В столовой канидайец всегда садился отдельно от остальных, никогда ни с кем не общался. Он всегда был один, за исключением приставленного к нему солдата, который тенью ходил за ним и следил, чтобы канидайец случайно не проник туда, куда нет доступа посторонним.

Во время очередного завтрака Филиус, Алика и Лекс сидели и вели непринужденную беседу о предстоящих сегодня занятиях, когда к их столу с подносом и едой подошел Базил:

– Я тут узнал кое-что, – склонив голову над столом, шепотом сказал Базил и сел. – Нашего лохматого друга специально пригласили сюда из Канидайи для обмена опытом и налаживания военного взаимодействия между нами.

– Откуда ты знаешь? – незамедлительно потребовал доказательств Лекс.

– Помните Карла, пилота шаттла, на котором мы сюда прилетели в первый раз? Оказывается, мы с ним земляки, только он из Ливерпуля и вообще не разбирается в пиве… – отвлекся Базил в своем повествовании. – В общем, мы с ним вчера разговорились, и он сказал, что в высших кругах флота все мысли о приближающейся войне с Конкордией. И нам надо готовиться к отражению агрессии. Поэтому канидайцы и прислали своего представителя для обмена опытом.

– Вот же не живется им спокойно, – грустно сетовала Алика.

– А вдруг он шпион? – озвучил мысль Филиус и бросил взгляд на представителя неземной расы, который одиноко сидел за столом и поедал свой завтрак.

– Исключено! – резко отреагировал Лекс. – Я изучал психологию канидайцев и их язык в качестве факультатива. Они весьма недоверчивые создания. Но при этом раз доверившись, они скорее умрут, чем предадут. Верность для них превыше всего. Если идти на войну, то только с таким союзником.

Друзья вновь посмотрели на канидайца. Неожиданно он повернул левое ухо в сторону стола, за которым они сидели, затем резко повернул в их сторону голову. Молодые люди быстро уткнулись в свои тарелки, изображая процесс приема пищи.

– А еще, у них отменный слух, – еле заметным шепотом произнес Лекс, продолжая смотреть в свою тарелку.

– Своевременная информация, – таким же шепотом произнес Филиус, не поднимая головы.