Век магии и пара. Книга 2. Дружинник

– Хватит! Оставь! – донёсся до меня голос Тани сквозь пелену затмившей мой разум ярости.

Остановился. Фома валялся подо мной без чувств, с окровавленой физиономией. Я поднялся, пытаясь отдышаться и утирая рукавом пот с лица. Руки и рёбра болели, кулаки были в крови. Остальные четверо парней лежали на земле, кто-то – без сознания, кто-то – уже приходя в себя.

Таня сидела под деревом, ворот её платья был порван. В глазах – ужас и недоумение. 

Я подобрал свой котелок, который свалился во время драки, подошёл к ней, присел рядом.

– Всё в порядке? – спросил я спокойно. – Ты не пострадала? 

Таня только головой покачала, а потом разрыдалась, я обнял её и прижал к себе, гладя по волосам.

– Всё хорошо, – тихо произнёс я. – Тебя больше никто не обидит. Я тут, с тобой.

Парни оклемались и поковыляли прочь, потирая ушибы. Фома тоже поднялся. Он сидел на земле, стиснув зубы, и держался за повреждённую руку. 

Но оставлять их в покое я не собирался.

Хотел призвать к ответу по всей строгости местных обычаев. Их следовало наказать официально, чтобы и им неповадно было впредь, и другие знали, какие последствия влекут подобные поступки. И я намеревался добиться своего.

– Поднимайся, – приказал я Фоме. – Пойдёшь со мной к наставнику.

– Падла, ты мне руку сломал, – прохрипел он, сплёвывая кровь. – Тебе хана, ублюдок. Знаешь, кто мой батюшка?

– Знаю, знаю, – сказал я. – Двигай давай, пока вторую не сломал, насильник недоделанный.

Я прекрасно знал, что отец у него – один из десятников, но почему-то это меня вовсе не пугало. Единственное, о чём я беспокоился – это о безопасности Тани. А что со мной будет… А что будет? Я чувствовал за собой правоту: пресёк преступление, защитил девушку. А этих надо пинками воспитывать. Дружинники будущие, блин. Наберут по объявлению.

Таню я сопроводил до флигеля, а Фому отвёл к порогу жилища Матвея Александровича. Наш младший наставник в это время обычно уже был у себя, в двухэтажном домике на территории крепости.

Увидев нас, Матвей Александрович нахмурился.

– Что случилось? – строго спросил он.

– Вот этот с дружками пытался девушку изнасиловать, – сказал я. – Требую суда.

– Это правда? – обратился Матвей Александрович к Фоме.

– Нет. Врёт всё. Он сам на нас напал. Сломал мне руку, – не моргнув глазом, соврал парень.

– Так, – наставник выглядел очень недовольным.