Ледяной клинок

Герольд сурово оглядел оставшихся претендентов и сказал:

- Видят боги, ваше мастерство велико. Четыре прута в три локтя на сто шагов. Кто срежет мишень ближе к верхушке, тот и победил.

            Олен поскреб голову – он сам стрелял неплохо, на охоте сбивал утку на лету, но за такое задание не взялся бы. Когда вкопали прутья, то со ста шагов те показались очень тоненькими, словно ниточки. Свежий восточный ветер налетел, принялся раскачивать их туда-сюда.

- Первым стреляет Грегор Торви, - объявил герольд.

            Невысокий, кругленький горожанин вышел к рубежу, поклонился толпе, и та в ответ заревела. Олен понял, что зрители поддерживают своего, того, с кем каждый день сталкиваются в Гедене. Когда поднялся лук с загнутыми кончиками, на стрельбище наступила полная тишина.

            Тренькнула тетива, и стрела воткнулась в землю в полушаге от крайнего справа прута.

- Разрази меня боги Бездны! - выругался Грегор, но тут же улыбнулся, точно смущаясь собственных слов.

            Он развел руками и отошел, место на рубеже занял Уборган Рыжая Башка. Поднял лук и застыл, точно статуя.

- Не, этот не победит, - прошептал стоящий рядом с Оленом толстяк в лиловом торлаке с серебряной вышивкой. – Вон тот белобрысый в прошлом году всех одолел. Ему и в этом равных не видно… 

            Стрела полетела к цели, Уборган обрадовано вскрикнул, когда она зацепила прут.

Но зрители разочарованно загудели, когда стало ясно, что срез пришелся очень низко, едва ли в локте от земли.

- Саттия из Виля! – объявил герольд, и у Олена внутри все заледенело, а руки затряслись.

            Девушка неспешным шагом подошла к рубежу. Заскрипела, натягиваясь, тетива. А потом все произошло очень быстро. Олен не успел глазом моргнуть, как стрела перебила прут посередине высоты.

Саттия вскинула руку с зажатым в ней луком, и зрители, только в этот момент сообразившие, что случилось, заревели.

- Неплохой выстрел, - толстяк рукавом вытер со лба пот, - но не победный, не победный… 

- Кастин из Франзена! – торжественно провозгласил герольд, и белобрысый лучник, криво улыбаясь, пошел к рубежу.

            Напряглись мускулы на руках, шевельнулись плечи, рубаха на которых намокла от пота.