Гордыня

И если вы думаете, что быть чародеем проще, то глубоко заблуждаетесь, если касаться действительно сложных воздействий, а не банальных огненных шаров. 

Кельрак ранее уже фрагментировал сложное заклинание и посвятил много времени его пониманию - ведь оно затрагивало сразу целый ворох различных магических и естественных наук. Он долго изучал ранее неведомое, вникал в тома наук, далеких от магии. Проглатывал книги запоем, ловя себя на неподдельном интересе. Сейчас же в его голове разрозненные куски узнанного ранее складывались в нечто цельное, понятное.

 

Но понимание, это лишь часть чар. Отрешенному и почти полностью погруженному в сложный мыслительно-творческий процесс полуэльфу оставалось самое трудное - придать эту мысль, этот образ перекрученному комку колосальной силы в собственных руках, чтобы он смог воплотить задуманное в явном мире. И сколько на то потребовалось времени и сил, сложно было оценить. Когда сосредоточенный лишь на фокусе чар Кельрак закончил, пятеро чем-то одурманенных серокожих мутантов, полулюдей-полудварфов уже лежало вдоль стены под контролем двойки саргтлин.

 

Как и обыкновенно, удерживаемые в реальности чары из его неизмененной грубой магии были невыразительны, похожи, скорее на неприятную прореху в мироздании, на которую было просто неприятно смотреть. Пожалуй, каждый из смотрящих мог бы описать полученный конструкт по-своему, и все равно ошибиться. Эльф же ощущал его совершенно по-особенному, и не глазами вовсе. 

Бездвижные, витающие где-то в дурманных просторах пленники под взглядом чародея поднялись над полом, удерживаемые психическим воздействием.

Джаббук-саргтлин Илмаун, расположившийся у входа в пещеру, заметив активность чародея, вполголоса доложил:

-Ваша магия всполошила командиров дерро, - опытный воин явно не был доволен такой демаскировкой, но осуждение скрывал тщательно. - Дозоры усилены, работы прекращены. Армия приводится в повышенную готовность. Наши же силы подойдут через несколько часов, не ранее. 

Кельрак не придал произошедшему сколько-нибудь большого значения, так как сложно было бы ожидать иного, сотворяя настолько мощную магию.

Отголоски ее, скорее всего, ощущались бы и в предместьях че’иль Тагник’зур’с. Его собственные планы явно шли вразрез с озвученной ранее и ожидаемой войнами стратагемой.  

Более не отвлекаясь, чародей перенес свое внимание и фокус чар на удерживаемых пленников. Оставался последний шаг, и он его совершил - отпустив тяжкий груз могучих чар на волю.