Бездна

– Расстались?

– Да, как раз из-за той... ситуации.

– Правда? Мне казалось, она более прогрессивная девушка.

Мэй? Хм... Мэй трудно назвать "прогрессивной".

Иллюзорные свечи, цветы, негромкая музыка... Огоньки гуляют по комнате, переливаются, кружатся разноцветными лепестками. Том садится на диван, разваливается, позволяет расслабиться себе, бросает с хитринкой взгляд на Кэт.

Кэт улыбается.

Том, вспомнив про голову на столе, отвлекается, чтобы метнуться к СП-560, отвернуть башку к стенке. Плюхается обратно.

Кэт прищуривается, мол, слишком много лишней суеты. Но девушка тоже расслаблена. Том принимает бокал из ее руки. Бокал подрагивает, Том оставляет его рядом с головой робота, для этого опять поднимается. Протягивает руку снова, на этот раз приглашая Кэт потанцевать, но Кэт жестом увлекает к себе, на диван, в объятия любящие, страстные.

Они долго целуются. Огоньки гаснут.

Отъезжает дверь модуля. Том едва успевает выругаться и подняться.

Мэй так и застыла на пороге:

– Какого черта...! .

..Кэт? Кэт Райан? – она моментально узнает "подругу" Тома.

– Пауза... Отмена! – Том выключает программу.

Интерьер исчезает, вместе с ним пропадает "Кэт". Модуль пуст. Остались стол, кресло, диван и отвернутая к стене металлическая голова.

– Просто голограмма... – зачем-то поясняет Том.

– Это не просто голограмма! – Мэй закатывает скандал. Разумеется. – Не с Кэт ли ты был в свои "лучшие годы"?

– Какая разница...?

– Проклятие, Том! Уж лучше бы ты порнуху смотрел как все! Как мне это понимать? Что ты не можешь ее отпустить? Что она нужна тебе? Что ты ее любишь? Ты любишь ее.

.. До сих пор!

Том много что мог сказать, придумать... Например, что Мэй все неправильно поняла, что это его очередная новелла, рабочий процесс. Но Том не находит слов, глупо улыбается, разводит руками. Как нашкодивший мальчишка, которому ни капли не стыдно.

Мэй все понимает правильно. Прекращает бессмысленный скандал. Разворачивается. Уходит.

Дверь модуля с шумом закрывается.

VII

Пока музыканты играют спокойный рок, Том продолжает крутить стакан в руке, наблюдая, как жидкость болтается из стороны в сторону.

Кажется, что наконец разобрал слова песни, но солист группы поет на иностранном языке, заглатывает окончания и тянет гласные по несколько минут.

Том морщится от теплого оранжевого света. Сигнал с личного экрана предупреждает, что снаружи наступило утро.

– Эй! – Алекс приободряет. – Как минимум у вас с Мэй все было в порядке до злополучной ссоры.