Герой Великой Нави

Азари охнула и осела на землю. Капли алой крови пошатнули безупречную белизну.

Подняла руки:

— Я не могу так дальше. Вы должны остановить его, Шепард.

К ним подбежала Лиара. Ее руки бережно подхватили слабеющую Бенезию.

— Ты должна бороться с ним, — жарко зашептала Т’Cони ей на ухо. — Пойдем с нами. Ты сможешь!

— Я все еще слышу его голос. Как лязг металла в моей голове. Я никогда не избавлюсь от него.

Она с трудом повернула голову.

— Я хочу чтобы ты знала, Лиара. Я всегда гордилась тобой.

Взгляд старой азари подернула пелена.

— Доброй ночи, мое маленькое крылышко. Мы вновь увидимся на рассвете... — на губах Бенезии появилась ласковая, немного отрешенная улыбка. Она мягко провела ладонью по лицу дочери... и окуталась тяжелым фиолетовым сиянием.

— Мама! — отчаянно выкрикнула Лиара, тщетно пытаясь дотянуться до ее тела сквозь мощное биотическое поле.

— Что за?... — озадаченно начала Джейн.

— Она убивает себя!

— Помогите же ей кто-нибудь! — встрепенулась Тали. Кварианка бестолково застучала пальцами по панели инструментрона, словно безжизненные буквы из всемирной сети могли хоть что-то изменить.

Кажется, впервые в жизни навья совершенно растерялась — она научилась защищаться от биотиков и убивать биотиков, но как обуздать силу нулевого элемента? Как остановить пламя, пожирающее своего хозяина?

Брошенные наугад диагностические арканы рассыпались, едва соприкоснувшись с коконом, окружающим матриарха.

Лиара упала на колени и со всей силы сжала руками ослабевшую ладонь матери. Азари до крови прикусила нижнюю губу чтобы не закричать.

Навья отвернулась и со злости пнула ближайшую снежную груду.

Медленно падал белый снег, затягивая нанесенные покрову раны. Он ложился на плечи Шепард, как послание от небес, равнодушных и вечных.

Больше всего на свете Джейн ненавидела то чувство, которое переполняло ее сейчас. Бессилие. Перед глазами как наяву промчались искаженные агонией лица солдат Альянса, ее товарищей, что погибли на Акузе. Тогда навья тоже оказалось бессильной. И вот снова...