Наёмник Волтер. День, изменивший жизнь.

От неожиданности он выронил пузырёк и тот разбился. Альцих начал панически собирать осколки.  И вот вернулся Волтер. В его руках была книга с красной обложкой. Старик резко выпрямился и протараторил:

- Выпьем же чаю! – его лоб уже успел покрыться потом.

- А как же книга?

- Мне очень хочется пить!

- Ну ладно…

Волтер взял кружку, как вдруг дверь широко распахнулась и ударилась о стену. В комнату внёсся Шаак, пышущий гневом и он не обращался обратно. Волтер не когда ранее не видел его таким. Даже Альцих видел его таким впервые.

Мальчик отставил чай и спросил:

- Что случилось, пап?

Шаак вдруг вспомнил, как сильно друид не любил Волтера и желал его смерти, а потому решил, что к смерти Лианы он тоже приложил руку.

- Волтер, пойди в свою комнату! – прорычал оборотень. Когда Шаак был в зверином обличии, его голос звучал особенно жутко и был надрывчатым. Мальчик выполнил приказ. 

- Что ты здесь делаешь, Альцих?

- Я-я зашёл в гости попить чаю, - заикаясь, сказал он и указал на стол. Друид был так напуган, а потому не мог на него воздействовать своим колдовством.

- Все эти одинадцать лет ты избегал меня и мою семью, а теперь пришёл попить чаю?

- Да…

- Лжёшь! Убил Лиану, а теперь и моего сына собрался. Ты хотел его смерти, ещё с его рождения! – рычал Шаак и приближался, а друид отходил назад, пока не упёрся в шкаф с посудой.

- Я не убивал Лиану и Волтера… Волтера я тоже не хотел убивать.

Тогда волколак схватил в лапу кружку Волтера и поднёс к лицу Альциха.

- Пей!

- Я не буду…

- Пей, либо умрёшь!

- Знаешь, что я и впрямь хотел убить Волтера! – проговорил с жутью в голосе Альцих.

Он вдруг достал нож из-за спины. Самый обычный нож, которыми режут еду. Старик нашёл его на ощупь за своей спиной. Он вонзил его Шааку под ребро по самую ручку, и реакция была мгновенной. Оборотень нанёс размашистый удар лапой и оставил на груди друида пять глубоких параллельных порезов, из которых мигом выступила кровь. Альцих лишь сухо крикнул и упал на пол, а из его ран потекла кровь, заливая пол.

На шум в дом вбежали и дочери Друида. Они уже держали каменные кинжалы в боевой готовности, а Шаак вынул нож из под ребра. Шесть злобных глаз смотрели на него, а затем сёстры ринулись на него все разом. Один из ножей прорезал ему лапу между указательным и средним пальцем, другой рассёк предплечье от запястья и до локтя. Он сделал выпад вперёд и выбрался из окружения сестёр. Затем он перехватил одну из, рук, которая словно жало, приближалась к его груди.