Божественная бездна. Книга 2

— Это мой город, и я отдаю приказы!

— Только своей страже, — презрительно бросил на бегу эльф, снимая со спины длинный лук.

Воспользовавшись раздором, я сумел подскочить к Железнобороду и, разминувшись с его молотом, весь вес и скорость вложил в удар о щит, которым умелый боец тут же прикрылся. Дварф вынужденно сделал несколько шагов назад, отступив к самому краю пропасти, под которой виднелся только уступ с рабами, и я не отказал себе в удовольствии что есть мочи пнуть этого урода.

— Это Спа-арта! — со всей силы ударил я противника, и тот, пошатнувшись, рухнул вниз.

Правда, летел недолго, всего метра четыре. После чего с грохотом обрушился на выступ, придавив нескольких рабов. Оглянувшись, я увидел, что после приказа эльфа передо мной осталось лишь полтора десятка стражников, но даже это был явный перебор для боя в скрытой форме, так что, взявшись за канат подъемника, я улыбнулся, отсалютовал подбежавшей страже и пинком убрал блокиратор.

Несколько стрел пролетело мимо, и вставшие на краю пропасти дварфы, вооруженные топорами и молотами, ошалело смотрели, как я под играющую в голове мелодию из «Пиратов» спокойно спускаюсь к их господину.

Глава артели и клана Железнобородых, кряхтя, поднимался, его великолепные доспехи помялись и представляли собой весьма жалкое зрелище, но он все еще был полон гордыни и уверенности в своих силах.

— Ты поплатишься за это! — выкрикнул, хрипя, дварф, стирая с губ кровь. — Я закую тебя в рабский ошейник и буду пытать до самой смерти, которая не наступит очень, очень долго.

Твоих баб будут насиловать у тебя на глазах, пока они не превратятся в куски мяса!

— Ты так много говоришь, потому что ничего не можешь сделать, — усмехнулся я, обходя его кругом. — Ты больше не король. Ты раб. Как и все, кто попадает на этот каменный выступ. А знаешь, что происходит с такими рабами?

— Ими правят дварфы! Вот что! — перебил меня самозваный король, высоко поднимая свой молот. — Мы правим миром!

— А-ха-ха.

Нет. Они навсегда остаются в одном дне. И ты будешь раз за разом проживать одно и то же событие, собственное поражение, — сказал я, опустив руки и с улыбкой глядя на приближающегося противника. — И станешь таким же. Потому что забыл одну очень простую, но важную истину. В Бездну спускаются не рабы, а герои. Вот они — все они. Перед тобой!

— Это? — рассмеялся, оглядываясь, Железнобород. — Это жалкие инструменты!

Его насмешка стала последней каплей.