Проклятое наследие

Но ты хранительница четырех стихий. Когда в мире наступает сложные времена и маги какой-то одной стихии слишком усиливают свое влияние на ход истории, появляется дитя четырех стихий и возвращает нарушенный баланс сил.

— Точно! Ничего не перепутал, мертвяк? Я тут в себе не могу найти баланс, а ты хочешь, чтобы я мировой порядок восстанавливала? Ты мою квартиру видел? Там порядок Даниэль навел, я просто еще пытаюсь его поддерживать, в память о друге. А так хаос и бардак — это мое обычное состояние! Так что ты ошибся, призрак! За порядком — это к Дэну нужно было, пока он был жив, а я тут — пас.

— Ну-ну, — совершенно спокойно ответил Приам. — Хочешь ты, или не хочешь, есть у тебя нужные навыки или нет, не имеет никакого значения. Само твое существование уже уравновешивает баланс сил. Ты можешь ничего не предпринимать, ты так сказать, пассивная составляющая. Просто будь, и все. Поэтому тебя и нужно было вернуть тогда в твой мир, чтобы ты смогла дожить до своих двадцати пяти. В нашем мире у тебя не было шансов.

Понимаешь ты или нет? Дурында!

— Пошел к черту, труп! Не собираюсь я тебя слушать, тебя вообще не существует!

Она показала ему язык и села на мотоцикл.

— Все, не желаю больше тебя видеть! Чао! Без тебя тошно!

— Ну так не думай обо мне, я и не буду появляться, — проворчал, растворяясь в предрассветном тумане, призрак Приама.

Новый день не принес облегчения и ясности. Вопреки здравому смыслу, первый человек, которому позвонила Камилла был не доктор Линс, а Роберт Тейн. Она хотела взглянуть в глаза своему страху, убедиться в его реальности или нереальности.

Роберт примчался к ней по первому зову. Когда она открывала дверь, то унять дрожь в руках могла лишь усилием воли, но едва ворвавшийся в ее квартиру Роберт заключил ее в нежные объятья, все сомнения растаяли. Не он был в ее сне, и даже не его отец. Эти красивые карие глаза не могут смотреть на нее, как на собственность, только нежно, только с любовью и беспокойством. Она не могла себя убедить, что от этого внимательного и искреннего человека можно ожидать какого-то подвоха. От удовольствия она зажмурилась и повисла на шее мужчины. Он легко подхватил ее и закружил по комнате.

— Кэм, дорогая, я так волновался. Ты не хотела со мной разговаривать, я места себе не находил.

Камилла поцеловала его в щеку и открыла глаза. В углу комнаты стоял Приам и презрительно наблюдал за этой сценой, нервно постукивая пальцами скрещенных на груди рук.

Кэм фыркнула и одними губами произнесла: «Сгинь, нечистый!».