Проклятое наследие

— Скажем так, многие девушки, лишённые отцовской заботы и правильной модели поведения внутри семьи, придумывают идеальный образ мужчины, чтобы как-то сформулировать свои мысли. Камилла потеряла отца, когда была ещё совсем маленькой, её мать долго не могла решиться на повторный брак и предпочитала одиночество, а когда решилась, Кэм была уже почти взрослой. Всё, что она видела в детстве — это страдания и боль своей матери, детский мозг решил, что виноват в этом отец. Поэтому она так боится любых отношений, кроме вымышленных.

Её идеал, стал её бедой, она поверила, что он существует на столько, что теперь хранит ему верность. Для неё он реален, гораздо реальнее, чем вы или я.

— То есть она придумала себе парня и хранит ему верность, хотя он существует лишь в её воображение? Это как-то уж слишком заумно, просто бред.

— Ну, молодой человек. Я сказал вам правду, а что с ней делать, вы уж решайте сами. К сожалению, она считает, что не достойна любви, как таковой. Для Камиллы единственный способ выразить свои чувства — это полное подчинение.

Она готова стать рабыней Своего мужчины, лишь бы он обратил на неё внимание, не отверг, принял и властвовал над ней.

Дэн задумчиво пожевал нижнюю губу.

— Полное подчинение? Та, Кэм, которую знаю я, никогда не подчиниться никому, она более чем рационально мыслит, она отличный сотрудник. Вы уверены, док? — доктор печально кивнул и Дэну ничего не оставалось, как сделать вид, что он поверил. — Ладно, допустим, но если её отец ушёл рано, а отчим появился, когда она была уже взрослой, откуда у неё шрамы на спине и боках?

— Этого я не знаю, Дэн.

Она никогда не говорит со мной ни о прошлом, ни о будущем, только о настоящем. Но у неё есть ещё одна особенность, — теперь уже задумался доктор. — Когда она приходит к мысли, что в чём-то ошиблась, не правильно поступила, не то сказала или даже подумала, она подсознательно стремиться искупить свою вину, что приводит к самобичеванию и саморазрушению. Она не просто привлекает неприятности, она их ищет, чтобы получить заслуженное наказание. Возможно, так было и прежде, до того, как я познакомился с ней. Возможно её шрамы оставлены не психическим, а вполне реальным самобичеванием.

— Нет, — вздрогнул Дэн. — Это точно не про неё. Она бы никогда...

— Подумай, Дэн, постарайся вспомнить, что она делает, когда переживает?

— Идет в зал и лупасит грушу, — усмехнулся он.

Доктор торжествующе откинулся на спинку стула позволяя Дэну самому сделать вывод.