Ведьмак школы Кота

- За покойником?

- Ну, что покойник выяснилось на месте, а так ехал чтобы кокнуть злодейского упыря-кровопийцу, одолевшего козопасов и всю их родню, денно-нощно вяжущих с овечьей шерсти носки, шарфы, безрукавки и прочее нужное теплое белье для продажи тамошнего сеньора. Ну и…

- Так с овечьей или козьей?

- А? – ведьмак недопонял, потом кивнул и продолжил. – Да всей имеющейся, то ж не суть. Оказалось, что все крутилось вокруг жальника, больно уж он кустистый, а трава там не просто мурава какая, а, вот ведь, сущий готовый матрац.

Ложись и спи… ну, либо не спи. Село-то небольшое, хатки все больше рядом стоят, а тут, понимаешь, тишина, кустики и травка.

- А-а-а, - понимающе протянул Форрель, а Ратгер, не удержавшись, фыркнул-хохотнул. – и потому деревенские, особливо молодежь, повадились туда шастать да роскошно удовлетворять друг друга, играя тика в тику и белея в ночной мгле животным о двух спинах?

- Да как сказать… - протянул ведьмак. – Вышло-то иначе, хотя суть ты, купец, уловил верно. Роскошно тереться туда, в основном-то, повадились всякие столпы общества, в виде местного коваля, попика и брата старосты.

Первого, вот ведь, этот самый мертвяк, что всем с детства известен убил, а второго, пусть и чуток помял-порвал.

- С детства?!

- Точно, - ведьмак усмехнулся, - лет ему в обед сто, не меньше. Ночью выползает из любой могилы, где днем отлеживается и давай колесить, но все внутри ограды. Деревенским с того вреда никакого, сторожей на жальнике отродясь нет, а ворье какое, село-то зажиточное, даже если залезет свежую похоронку разрыть, так мертвяк тут как тут, сцапал и давай оприходывать.

Характерно, что никто из местных, или там приезжих мытарей да чиновников, никогда на кладбище после захода не попрется просто так. Пацанва, известное дело, пользуется да лихость показывает, дразня покойника. Ну, а всякие там, м-м-м…

- Сладострастцы, - подсказал Форрель, - да изменщики. И жопотрахи.

- Знамо дело, что изменщики, - фыркнул ведьмак, - кто с женой попрется на жальник удовлетворяться? Ну, если только извращенцы, так те, собственно, в основном по городам, где побогаче, да замкам с гербами, а в селе, вроде как, мужеложцев не водилось.

Ратгар еле сдержался, покраснев вареным раком и вспомнив милсдаря Пеперброка, что, говорят, любил не только лупить по Милкиному заду, но и сам частенько подставлял той свое гузно. Но сдержался, хотя ведьмак крыл правду-матку, всякие там развращения среди, скажем, Ратгера со знакомцами-дружками, особо не водились.