Ведьмак школы Кота

Не то, что у богатеев да дворянишек.

- Ну, так вот, - ведьмак даже покачал головой, видно изумляясь недавно узнанному, - эти самые любовнички, значит, знали одну хитрую штуку. Мертвяк тот, само собой, жуть как не любил соль и очень обожал монетки. От первой шарахался, вторые считал да утаскивал с собой. Кто его знает, может при жизни пошлины собирал где на солеварнях, верно?

Ратгар едва удержался, чтобы не кивнуть вслед Форрелю, но вовремя остановился и начал вертеть головой по сторонам. Ухо, впрочем, держал востро, больно уж складно врал ведьмак свою байку.

- И вот тут, как не горестно мне констатировать сей факт, в дело и пошли извращения. Пусть и наполовину. – ведьмак вздохнул, явно пораженный глубинам человеческого грехопадения с развратом. – Потому как один из этих самых героев-сластолюбцев вдруг заново женился. Овдовел, или еще что, мне неизвестно, но факт – кузнец, единственный на село, притащил с городишки неподалеку себе новую милку. Да такую, говорят, что полсела готовы были коваля со свету сжить, лишь бы с ней покувыркаться.

- А ты сам-то её не видел?

- Ты подожди, купец, это не сказка, а так… смазка, сказка впереди. – ведьмак глотнул остатки из кубка, тут же снова наполненного Форрелем. – Когда я туда приехал, то как раз встретил пристава, трех стражников и дедка с клеткой на телеге. В клетке, значит, увозили эту самую горожанку, выглядевшую как самая обычная шлюха в самом соку, вышедшая на покой из-за молодых конкуренток. Дело пристав закрыл, преступницу арестовал, а местные…

- Вот ведь, - задумчиво протянул Форрель, - как эти самые шлю… мадамки нами мужиками крутят, а? Я вроде понял, ведьмак, но ты уж доскажи, сделай милость.

- Думаю, милсдарь Форрель, - ведьмак криво усмехнулся, - угадал ты верно. Эта самая краса, попривыкнув, обнаружила не самую радужную картину. Казалось бы, живи – не тужи, роди кузнецу сынка или дочку, да и радуйся жизни. Дом – полная хата, баня, говорят, с сам дом, заказов на каждый день, почет с уважением, ярмарка четыре раза в год, да столько же в город коваль катался, чего с ним не съездить? От первой жены никого у него не осталось, делить наследство не с кем, вот, видать, пришла дуре-бабе и мысль в голову.

Чего она ему там наговорила, непонятно, но хаживали они на тот жальник несколько раз. Бабка одна, неподалеку жившая, говорит – за неделю три ночи не спала, так эта самая кузнечиха на жальнике вопила, ровно как кошка.