Познавший правила

–  Мне так же лень слушать и отвечать тебе, недоносок, как твоей мамочке ждать твоего рождения положенный срок. Свали в закат! Утомил.

Как жаль, что мы не понимали языка ску. Если бы спор происходил на нём, у Злобного, наверно, не было бы ни одного шанса победить в словесной перепалке. 

Приходил и Харато, но с нами разговаривать не стал – не по чину. Отдал какие-то распоряжения и ушёл. А потом со стороны храма богини раздались гулкие удары, эхом разлетавшиеся по комплексу.

- Стену ломают, – заметил Га-мари.

– Там статуя по ширине ни из хижины не проходила, ни в дверь самого храма. Вокруг выхода, кстати, четверо воинов.

- Ага, спасибо, – отозвался я.

Набранный в бочонок запас воды позволял нам продержаться несколько дней. Еды нам тоже хватало ещё на пару недель. У ску запасов воды не было, а амулеты должны были разрядиться завтра вечером. Значит, они не смогут сторожить нас вечно – и рано или поздно уйдут. Так что мы терпеливо сидели в храме, ожидая финала наших злоключений.

 Оставалась только скука, с которой было тяжело бороться. Поэтому мы по очереди укладывались спать – так хотя бы время летело быстрее, и сил меньше расходовалось.

Ломать стены ску закончили уже к вечеру – но уходить пока не спешили. Лагерь они разбили прямо напротив входа в наш храм. Вход был единственный, стены – толстые, и на что рассчитывали наши уже бывшие наниматели – я не слишком себе представлял. Они, кажется, тоже не знали. Натащили откуда-то дров и развели костёр, о чём-то споря между собой.

И ведь сколько раз их предупреждал – не палить костры. Один раз всего послушались.

Наспорившись, ску приняли есть и укладываться спать. У нашего лаза всё ещё дежурил стражник, но теперь уже всего один. 

- Ожила, – посреди ночи произнёс удивлённый Га-мари и пояснил, поймав мой растерянный взгляд. – Тварь под землёй….

Договорить он не успел. Сначала раздался грохот, от которого повскакивали все ску. Воздух сотряс яростный рёв, когда из одного из храмов вылетела та самая тварь.

Видели её только я и Молчок, успевшие первыми прилечь у входа. Хотя вполне вероятно, что Молчок просто оказался самым наглым, а меня никто больше опередить не посмел. 

Тварь имела человеческий торс – вдвое больше, чем у взрослого мужчины – а ещё две пары рук с длинными когтями и длинное змеиное тело вместо ног. И, как оказалось, она владела мудростью. Одной-единственной – страхом.