Исход. Первый пояс

Неужели все, что я выиграл — эти сто шагов и здесь мне придется умереть, да ещё и так бесполезно?

Двадцать вдохов.

С трудом, безо всяких техник, преодолевая боль в груди, оттолкнувшись от покрытого моей кровью камня, отпрыгнул в сторону, пропуская мимо себя очередные простые Лезвия, что вспороли снег дальше по склону, буквально разбрызгивая его поверхность искрящимися потоками.

Водомерка!

Мысль вспыхнула в голове, заставляя лихорадочно рисовать перед собой обращение. Надежда очень слабая. Больше того — она безумная.

И всё же. Символ Воды сменился символом Льда. Полвдоха и все остальные тоже заняли своё место в круге. Ещё полвдоха и техника буквально вытащила меня, погрязшего в сугробе, из него и поставила на снег. Ещё спустя миг я уже бежал прочь, резко сворачивая из стороны в сторону и уклоняясь от техник. Двадцать шагов, много это или мало? Мне, чтобы спастись от летящей в меня смерти — хватало.

Резкий поворот влево, один шаг вперед, перепрыгивая взметнувшиеся из-под снега серые щупальца, пригнуться на ходу под мелькнувшим сгустком, ещё один шаг по ощущаемой твёрдой поверхности под ногами.

Сейчас!

В сторону нагонявшего меня орденца уносится голубая волна, перехватывающая его через мгновение после использования Рывка. Вскрик и враг зарывается в снег, который тут же начинает оседать вниз по склону, утягивая за собой барахтающегося в нём врага.

В технике Водомерки вдвое больше узлов, чем в Лезвии второго созвездия, но сил оно тратит ненамного больше.

На седьмой звезде я мог двадцать пять раз использовать Умножение техник. Сколько я сумею сделать сейчас, когда подгоняет смерть, в горле клокочет кровь, а использовать зелье лечения означает потерять сознание?

Этого я не узнал. Не выполнив Водомерку и десяти раз, сумел оторваться от орденцев настолько, что даже комтур не доставал меня своими техниками. Провалившись в рыхлый снег выше колена, до твердого слоя, я позволил себе три вдоха отдыха, а затем на остатках духовной энергии использовал подряд два Рывка.

И обернулся.

Враги и не думали останавливаться. Карабкаясь по склону против потока сползающего снега, Рывками перескакивая от одного камня к другому, меня преследовали все, даже Пратий и раненый Арий. Это мне и нужно. Пусть моё сердце было полно решимости спасти семью ценой своей жизни и до последнего вдоха заставлять бежать за собой орденцев. Однако я всё же хотел, чтобы моя смерть не была подобна смерти загнанного животного.