Приёмный 2

Отступаю и подыскиваю момент для контратаки. Стильная бородка накатывает с боку пробивает ногой в грудь. Погасить часть удара энергией? Зачем? В целом я не прочь отлететь к бетонному парапету, чтобы сменить тактику и пойти в бой первым номером.

Пацаны взялись за дело бодро. Ожидал от них меньшего, а зря. Они - не те полицейские, которые привыкли пукалками размахивать. Эти трое выросли в Бетонке и давно промышляют на набережной, а значит в мордобой умеют.

Лады. Подкидываю оранжевой в ядро, подныриваю под удар лопоухого и пробиваю в печень.

Так-то лучше. Он продолжает выбрасывать окрашенные красным кулаки, но теперь мне ничего не стоит найти брешь. Два коротких шага назад, два присеста, подъём на носках, разворот корпуса... Спуск! Лопоухий ловит боковой левый и уходит в сторону, будто машина, которая съезжает с трассы от бокового столкновения.

Стильная бородка хвастается кроссовками. Держится в двух метрах и непрерывно выбрасывает ноги. Поразительно, но мелкий тоже возвращается в драгу. А стоит ли? Его дело.

Изогнутый нос и окровавленное лицо не мешают ему включиться в парное махание ногами. 

Оба тратят много сил, кряхтят и тяжело дышат. Но нужно сказать, что раз через раз их подошвы пролетают довольно близко к моему лицу. Ну повыпендривались и хватит… Дожидаюсь, когда Стиляга выкрутит очередную вертушку и срубаю его по опорной ноге. Малого же просто ловлю за ногу и прикладываю о парапет. Тот болезненно ойкает и стекает на плитку. 

Бородка поднимается прыжком на обе ноги, из-за его спины показывается лопоухий.

Ухо, в которое он получил двадцать секунд назад, покраснело и увеличилось чуть ли не в двое. Странно, как он вообще бежит. С таким-то парусом против встречного ветра... 

Воу! Чуть не проворонил блеск раскладного ножа. Левой рукой отвожу удар Лопоухого в сторону и выкручиваю кисть, правым кулаком с выдвинутой косточкой бью в кадык. Лопоухий хрипит и кашляет, а Стиляга опять начинает своё баловство. Блокирую первый же удар и, управляя кистью лопоухого, засаживаю нож в голень.

Стильная Бородка скалится от боли. Выбрасываю плечо, за ним подтягиваются локоть и кулак. По всей этой раскладной конструкции прокатывается энергия и прилетает прямым ударом в челюсть. Стиляга раскидывает руки и плашмя валится на набережную. Дышит часто и коротко, а в разрезе открытого рта зияет безразмерная щербина из трёх выбитых зубов.

На всякий случай добавляю Лопоухому под дых и оглядываюсь. Трое на земле. Подниматься не спешат.