Смех победителя

      Одна из створок открылась и наружу шагнул Кавнлир ре Милот. Мощную фигуру обтягивал зеленый кафтан с изображением гарцующего белого коня, в руке редара блестел длинный тяжелый меч, а в серых глазах не было страха, только безмерное удивление.

- Ты кто такой? - спросил он. - Стра... 

      Хорст ощутил, как внутри, точно квашня в кадке, поднимается холодный гнев. Шевельнул пальцами, представив как пережимает хозяину замка гортань. Редар замер, не в силах произнести ни слова, лицо его побагровело, на висках набухли синие жилы.

- Зайдем лучше внутрь, - сказал Хорст.

      Кавнлир ре Милот боролся изо всех сил, но поделать ничего не мог. Его тело, повинуясь чужим приказам, двигалось коряво и разболтанно, точно марионетка на ниточках.

      Хорст заставил редара отступить на пару размахов, а сам шагнул следом и прикрыл дверь.

- Неплохо ты устроился, - сказал он, оглядывая просторную комнату, центр которой занимала огромная кровать с балдахином.

Через узкое окошко, закрытое решеткой, падал лунный свет, на столе подрагивал огонек свечи, вдоль стен, увешанных гобеленами, теснились сундуки. - Что, не вспоминаешь меня?

      Одного движения мизинца оказалось достаточно, чтобы Кавнлир ре Милот обрел голос.

- Нет! Нет! - прохрипел он. - Да кто ты такой, во имя Вседержителя-Порядка?

- Не так давно ты хотел сжечь двух бродяг, - сказал Хорст спокойно, хотя это спокойствие далось ему непросто.

- Одного твои воины подстрелили во время бегства, а второй сумел уйти... 

      Глаза редара изумленно выпучились.

- Ты? - воскликнул он. - Жаль, что мы не сумели убить тебя тогда!

- Поздно жалеть, - Хорст сделал шаг вперед и сунул руку в карман. - Ты убил Авти, и я не могу не отомстить... Но я лишу тебя не жизни, нет, это было бы слишком просто, - Кавнлир ре Милот продолжал бороться со сковывающим тело оцепенением, на шее его вздулись жилы, на лбу выступил пот, - я лишу тебя свободы.

.. 

- Что это? - при виде болтающейся на цепочке серебряной змеиной головы редар вздрогнул.

- Подарок, - ответил Хорст и надел подвеску хозяину замка на шею.

      Ощущение было такое же, как наверно у дерева, на окоченевшем после зимы стволе которого проклевывается первая почка. Хорст почувствовал, как его сотрясла сладостная дрожь, на мгновение перед глазами мелькнула уходящая за горизонт равнина.