Хисгальд. Смерть поселилась в моей голове

Пять, четыре, три, два, один!

— Хлоя, «Корни»!

Сотни препятствий вырвались из-под земли на пути преследователей, шипастой изгородью отгораживая нас. Дохляки врезались, с разбегу ломая кости и нанизываясь на ветви. Громкий хруст разнёсся по лесу.

Мы мчались дальше, мимо пруда с высокими камышами и зелёной ряской на поверхности воды. Хлоя опёрлась на мою спину.

— «Ты большая умница! Сделала знатный шашлык из мертвецов», — подбодрил я подругу. — «Если хочешь, возвращайся в мир духов, отдыхай».

— «Нет», — тихо отрезала она.

— «Я ещё могу кинуть тебе броню, если будет опасный момент».

«Если будет», — прокрутил в голове я. — «Интересно, Хлоя действительно верит, что опасного момента может не быть?»

Невольно улыбнулся своим мыслям, прикоснулся к рукам, что обхватили мою талию.

— «Хорошо, но не более того».

Пруд закончился. Караван замедлил темп и сошёл с дороги. Купец вёл нас влево на просторную поляну. Я проскакал к нему и громко обратился ко всем:

— Ставьте повозки полукругом, и все на одну сторону.

Хмурый Талор вскинул руку.

— Так не пойдёт, обозы не защитят нас.

— Да и хотелось бы товар сохранить, — хохотнул Олеж, — чтобы нам за труды заплатили.

— На нас не нападут со спины, — как можно увереннее сказал я. — Времени мало, я не могу сейчас всего объяснить. Но моя жизнь в той же опасности. Прошу, доверьтесь!

Тягучее молчание прервал Петэр.

— Чего замерли, быстрей повозки полукругом и коней в центр, чтобы не сбежали.

Его голос встряхнул всех. Воины и оставшийся кучер засуетились.

Через пять минут мы сталью ощетинились перед обозами. На центральной повозке стоял Сильрен. Храбрый, могучий и опасный, как тогда, на камне-алтаре! Дуги, что держали натянутый тент, гнулись и хрустели под весом мощного тела. Грифон расправил крылья, воздух пришёл в движение. Шквальный ветер начал завывать за нашими спинами, образуя защитную стену.

Мужчины удивлённо и настороженно переглядывались, посматривая назад. Но они не могли видеть всего величия духа ветра, в котором он сейчас возвышался на обозе.

А я видел, и чувство гордости переполняло сердце.

«Да, за такого сильного духа и глаза не жалко».

Зелёное зарево было первым вестником грядущего. Мёртвые воины уже не рвались догонять свою добычу. Они, как хозяева, медленно и степенно приближались к нам, посмевшим проникнуть в тёмные владения. Однако не эти гнильцы были истинными властителями страха здешней земли. Сверкающая дымка всё так же сплеталась в тонкие нити и уносилась на запад.