Восстание безумных богов: Северная ведьма.

Плохо, что они так задержались, и придётся вести речи, не отдохнув, не приведя мысли в должный порядок; ему предстоит дело, важнее которого у него в жизни ещё не случалось. Но хорошо, что вообще успели доехать — кто же знал, что конные повозки окажутся настолько медлительны, а дороги настолько забиты!

Капитул никогда не был местом единства, маги всегда бились между собой за влияние, за место подле императора, всегда интриговали. Задумавший объединить их — хотя б на краткое время, хотя бы против общего врага — рисковал взяться за невыполнимое.

Однако Квинту придётся попытаться — если, конечно, его, Сову, отшельника и звездочёта, послушает хоть кто-то из высокомерных столичных коллег.

Наконец из-за деревьев вынырнул белоснежный, похожий на вытянутое яйцо купол, опоясанный рядами скульптур; великие маги, воители, императоры вели вокруг него бесконечный хоровод. Когда-нибудь, быть может, и Квинт окажется среди них… Небольшую площадь перед длинной лестницей, ведущей к портику Капитула, заполняли повозки да разноголосый люд — Великий Капитул собирался раз в два года, Ордена прислали магов первой и второй ступеней, тповсюду колыхались чёрные и синиме с золотом плащи, а над ней витал едва уловимый, щекочущий дух магии.

Зрелище, какого нигде в мире не увидать — поистине выше всех стоит град Константия!

Квинт спрыгнул с эсседы, едва она остановилась на краю площади, под огромными старыми платанами. Бросил ученикам:

— Берите клетку, прочее оставьте.

Тилл, приглядишь, и возниц не отпускай!

Раб только поклонился. ленник, купленный три года назад в Арморике истощённым и избитым, закованным в заговорённые кандалы варваром-колдуном; в рабстве Тилл отъелся, показав себя усердным и преданным слугой, так что Квинт даже снял с него жгучее железо, оставил только сигнальный амулет. Тилла вряд ли ждал дома, в Заморье, тёплый приём, а здесь он оставался под защитой своего господина, пусть не самого важного, но тем не менее орденского мага.

Квинт резко остановился и окинул взглядом бурлившую толпу. То ли и впрямь чьё-то заклятие лёгким холодком коснулось его мыслей, то ли от напряжения почудилось — нет, не должно, не должно быть! На него навешено столько амулетов, что сами боги не смогут заглянуть ему в голову, даже если захотят, что уж говорить о тех, кого ему стоило опасаться. Но они, должно быть, тоже здесь и так или иначе предупреждены…

— Ха, Веспа, вот это встреча!..