Лукавый Шаолинь

Я плакала над «Валькирией» Марии Семеновой и мечтала быть похожей на ее героиню.

Машу я навещала теперь гораздо реже, но встречи всегда проходили тепло. Мы пили чай из старинных фарфоровых чашек, гладили Экзорциста и самозабвенно перемывали косточки всему «Бастиону». Лишь в одном я не могла признаться подруге: в том, что люблю Грина. И все же Маша что-то заподозрила. Я отказалась от сладкого, что ее очень удивило. Я объяснила, что сижу на диете.

– Ты и так очень хорошенькая, – искренне сказала Маша.

Но я ей не поверила.

У меня в душе начинался разлад. Я никак не могла понять, чем хочу заниматься в жизни. Иней тоже подливала масло в огонь:

– Лучше б ты на флейте играла в группе. Это изумительно! У тебя огромный талант. Но вместо музыки ты предпочитаешь махать мечом вместе с какой-то Машей. Странная девица. Смотрит она на меня как-то...

– Как? Ты перечитала своих книжек. Лучше б сама занялась чем-то полезным, – отвечала я.

– Да не знаю, как она смотрит... Как мужчина, возможно. Неважно. Речь о тебе: о музыке надо думать, а не о том, с кем бы подраться, – настаивала Иней.

А я все чаще стала уходить на тренировки, даже не пытаясь убедить ее в своей правоте. Я должна была убить в себе девочку с флейтой и стать валькирией.

Но на самом деле со мной творилось что-то нехорошее. В меня будто бес вселился с тех пор, как я влюбилась в своего тренера. Впрочем, я понимала, что Грин не питает ко мне никаких чувств. Он мечтал сделать из меня воина. А может, кого-то еще?

Я была наивной, но не глупой, и прекрасно видела, что тренер меня к чему-то готовит.

Но молчала и ждала его объяснений. Кошмарная ошибка! И все-таки все могло бы закончиться хорошо, если бы на тренировки не стала ходить его девушка. Мне она не понравилась с первого взгляда, а потом я ее и вовсе возненавидела.

Но об этом позже. Я все еще была весела, как раньше. Все еще играла в куклы и мечтала о свадебном платье с флердоранжем. И мне хотелось расшевелить свой клуб и обратить на себя внимание тренера.

И я стала ухаживать за Грином, стараясь ничем себя не выдать.

Подкладывала ему в сумку записки с признаниями в любви и подписью «тайный друг», цветочки, конфеты и небольшие подарки. Но парень все равно ходил с невозмутимым видом. Я ломала голову: догадался ли он о моих чувствах. Мне казалось, что нет. Тем более что я подбрасывала вдохновляющие послания и другим членам клуба. Например: «Отличная тренировка. Продолжай в том же духе. Твой тайный друг» или «Обрати внимание на Брама.