Те, кого испугаются твари

— То есть закапывать будем? — уточнил Павел Ковальский, который был в разведгруппе за старшего.

— Да, — кивнул историк. — Роем яму, кладем туда головы, насыпаем холмик. Потом я опоясываю его вот этим шлангом. Он наглухо запаян, внутри соль и кое-какие другие штучки. Затем разложим пластинки со знаками, которыми в Древнем Египте уговаривали мертвых не гневаться.

— А почему захоронение временное? — с подозрением спросила Надежда.

— Уверен, когда мы будем больше знать о подобных проблемах, то придется проводить его еще раз, — ответил Лев Николаевич, вытаскивая из привезенного с собой ящика какие-то лакированные дощечки.

— Тех мер, которые мы принимаем сейчас, скорее всего, будет недостаточно. Неупокоенные духи периодически могут буянить.

Мужчины, кроме египтолога, взялись за лопаты, а Шаповалова с ружьем в руках следила за окружающим.

И, как вскоре оказалось, не зря.

Глухо ударила винтовка, и Надежда быстро начала перезаряжать ее, всматриваясь в высокую траву. Другого объявления об опасности не потребовалось, и остальные разведчики схватили оружие, готовясь оборонять телегу.

Но, как оказалось, целью атаки выбрали вовсе не ее.

— Коня! Коня спасайте! — не своим голосом завопил Бронштейн, отмахиваясь тростью от прыгнувшей на него с земли стремительной тени.

Полированная палка и тварь разминулись, но последней это не помогло. Громко вереща, она закружилась в воздухе на одном месте и стала быстро терять шерсть и плоть. Конь шарахнулся в сторону и попытался встать на дыбы, чтобы копытами встретить метнувшихся к нему существ.

Вот только упряжь мешала сделать это. Ноги коня чуть ли не мгновенно покрылись глубокими рваными ранами. Хорошо еще, что прыгнувшего ему на горло агрессора отшвырнул выстрел из пневматической винтовки. Свинцовая пулька вызвала фонтанчик алой крови и болезненный взвизг.

Андрей тут же ударил огнем, полосуя землю вокруг огненными бичами. Трава задымилась. Те, кто прятался в ней, порскнули в стороны, унося на мохнатых боках болезненные подпалины.

— Тихо, милый, тихо… — Лев Николаевич успокаивал коня и смазывал его раны какой-то мазью.

Тот больше не стремился развернуться и удрать в неизвестном направлении, да и кровь превращалась в корку прямо на глазах. — Наденька, кто это на нас напал?

— Похоже на собаку… — девушка, присев на корточки, рассматривала труп. — Или на волка, мелкого… Только шерсть черная и какая-то не такая. Не местная зверюга, это точно. Может, что-то типа шакала? Нападали стаей. Встретив отпор, удрали. Умные.