Изоморф-1. Вор

А в последний день тут вообще будет огромное застолье, особенно в том случае, если шааз кто-то возьмет, и ниис соизволит обмыть это грандиозное событие.

Я с умным видом покивал, мысленно отвесив себе подзатыльник, после чего забрал деньги, засунул их в брошенный дядькой кожаный мешочек и, повесив на шею, припрятал под рубахой, поверх которой Тарр велел надеть еще и кожаную жилетку.

— Отец, ну какого хотта этот недоумок тут делает? — уже выскочив на улицу, услышал я недовольный голос кузена. — От него же одни убытки!

— Илга была мне родной сестрой, а тебе теткой, — проворчал в ответ дядька Гош.

— И этот сопляк по-прежнему наш родственник. Если его однажды прибьют за дурость, никто из нас, конечно, не заплачет. Но пока он жив, пусть приносит пользу. Хотя, если он и на этот раз останется без денег, обратно пусть больше не возвращается.

«Повезло тебе, пацан, с родственничками, — с невеселым смешком подумал я, выходя за ворота. — Внимательные, заботливые… хотя и ты был, конечно, не подарок».

Как ни странно, жаркое южное солнце в этой личине особого беспокойства не доставляло, поэтому по улице я шел, почти не щурясь. И в кои-то веки мог беззастенчиво изучать окружающий мир во всей его, так сказать, красе.

Мир, кстати, при солнечном свете выглядел вполне себе ничего. Не таким мрачным, как ночью. И не таким однообразно-унылым, каким казался с изнанки. Как выяснилось, имелось в нем место и для ярких красок, и для цветных одежд, и для искреннего смеха пробегающей мимо, самой обычной, не озлобленной и не похожей на звериную стаю детворы.

Я шел мимо старых, обшарпанных, но еще довольно крепких домов, между которыми вилась не асфальтовая, конечно, но все же хорошо укатанная дорога. Наслаждался хорошей погодой. Вертел головой во все стороны. И с любопытством рассматривал лица прохожих.

От Лурра я знал, что народу в столице проживала тьма тьмущая. Причем и местных, типичных южан — смуглых, порой загорелых до состояния головешек, с черными вьющимися волосами, широкими носами и мясистыми губами; и узкоглазых скуластых «азиатов» вроде мастера Реза; и тех, кого я поначалу окрестил классическими «европейцами».

За их светлую кожу, такие же светлые волосы и заметно более тонкие черты лица, чем у южан.

Рани, кстати, относился к последнему типу. А может, расе? Да и Лурр, если я правильно запомнил, явился в столицу откуда-то с севера. Дядька Гош тоже явно родился не на юге и чем-то напоминал престарелого бюргера на пенсии.