Изоморф-1. Вор

В ответ пришла еще одна волна сожаления.

— И это что, необратимо? Они останутся нуррами насовсем?

Ули, разволновавшись, скинул мне целую кипу своих эмоций и смутных образов, из которых я понял только одно — увы. Оказывается, улишши, пока оставались маленькими, действительно могли вырасти в кого угодно. Лишь бы поблизости нашелся достойный образец. Но со временем эта способность утрачивалась, и по мере взросления они приобретали лишь самую удачную, наиболее подходящую для выживания форму.

Поскольку их хозяином был я — нурр, то именно мой облик они за собой закрепили. И вот теперь, когда они подросли, а их способность менять форму сошла на нет, моя во всех смыслах подросшая малышня больше не могла залезать туда, куда раньше проникала без труда.

Они ведь именно по изнанке чаще всего добирались до тайников, схронов, чужих заначек. И большая часть этих заначек была так или иначе защищена. В том числе заклинаниями вроде тех алых нитей, которые до сих пор берегли мое убежище от клякс.

Будучи мелкими и никчемными, раньше улишши через них проскакивали, просачивались, крохотными пятнышками проползали между прутьями. А теперь, заматерев, они попросту перестали там помещаться. И, подчистив за несколько месяцев все более-менее доступные склады, схроны и прочие золото-бриллиантовые тайники, не имевшие должной защиты, оказались в довольно щекотливом положении.

— Вот это номер, — обалдело выдал я, когда до меня дошла эта нехитрая истина. — То есть мелкими вы уже не станете, через решетки пролезать скоро не сможете и будете лишь продолжать расти?

— Урр, — огорченно подтвердили нуррята.

— Значит, шиш мне, а не природные пищевые добавки из драгоценных металлов?

— У-у-уррр, — еще печальнее отозвались они.

— Офигеть. Видимо, мне снова придется выходить на охоту…

Улишши синхронно вздохнули и снова понурились.

Ули, правда, успел добавить, что все их способности и новая форма будут существовать лишь до тех пор, пока жив хозяин. Но это было уже несущественно, поскольку помирать я в ближайшее время не собирался.

— Ладно, прорвемся, — пробормотал я, успокаивающе похлопав по холкам расстроенную малышню. После чего вернулся в реальный мир, спустился в комнату, забрался на топчан и, прикрыв глаза, надолго задумался.