Удерживая небо

Матфей вздохнул, с сожалением спрятал заветную книгу и поплёлся за углём и дровами. Скоро явятся писцы, начнётся обычный гвалт, почему, мол, в писарской холодно, так что и перья, мол, держать невозможно.

Трудники, к счастью, не поленились: здоровенные лари возле входа в библиотеку полнились до краёв. Сухая растопка занялась тотчас, Матфей аккуратно подкладывал тонкие полешки, чтобы потом, когда разгорится, заложить огонь кусками чёрного угля. В детстве ему всегда нравилось устроиться возле печки или камина, завороженно наблюдая, как пламя расправляется с дровами, такими прочными и несокрушимыми на вид.

Хорошо бы оно вот так же сожрало и всю эту жизнь, в которой его родителям пришлось отказаться от собственного сына…

Разведя огонь и добавив угля, Матфей вернулся к чтению. Теперь он смаковал каждую фразу; однако мало-помалу накапливалось и нетерпение. Когда же, ну когда же пойдёт настоящее? Точное описание, что и как надлежит сделать? О том, чтобы пролистнуть хотя бы страницу и речи не было.

Страх. Отчаяние. Как сделать так, чтобы они открыли бы тебе дверь и указали путь, а не убили бы в самом начале великой работы?

Первое. Оставь надежду на возвращение. Испытай себя постом, воздержанием и отказом от благ мирских. Если огонь познания, жажда истинного горят в тебе и не угасают от житейских невзгод, шагни дальше…

Матфей разочарованно присвистнул. Поститься, отказываться от «благ мирских»… Ну, от последних-то он и так отказался, верно?

Откажись от благ мирских, – словно услыхала его коварная книга, – что значит сие? Сие значит – лиши себя одеяний, даже простых, и облачись в рубище; сними обувь и иди босой; ешь, что подает тебе судьба, пока ты аще не умеешь насыщаться так, как подобает адепту великой работы.

Испытай себя. Потому что дороги назад не будет – сделай кованое тавро и выжги себе на левой длание слова сии.

Дороги назад нет.

С каждой строчкой прочитанное нравилось Матфею всё меньше и меньше. Ходить в рубище, босым, словно древние пророки и свидетели Шестерых? Есть «что подает судьба» – это как? Воровать по рынкам, что ли? И как долго? Может, все эти «испытания» для нестойких, кто колеблется? Кто не понимает, что такое истинное знание?

Он поколебался и наконец пролистнул страницу. Так, что у нас здесь?

«Итак, читатель, ты решился.