Целитель. Долгий путь

— Значит, вы не постоянно со мной?

— Только когда ты призываешь нас — или, когда тебе грозит смерть.

— А эти? — я кивнул на троих застывших поодаль, пока ещё угольно-чёрных страхолюдин.

— Их ты освободил минувшим днём. Теперь и они в твоём хирде[1].

Отлично. Теперь я конунг приведений. От этой мысли так кисло на душе стало, что даже изжога началась. Этих я точно не буду озадачивать поисками имени, пусть ходят безымянными.

— Тогда, Харальд, ты будешь главным, — велел я.

— Благодарю, Разрушитель…

— И не называй меня разрушителем.

Можно просто…э-э-э… «господин маг».

— Благодарю, господин маг.

Ну, хоть так. Всяко лучше, чем все эти «потрясатель земной тверди…» или «покоритель всех душ». К обращению «маг» я кое-как притерпелся, правда уже начал забывать, что зовут меня Алексей, а не Алек, но это уже к делу не относится.

— Как мне вас призывать?

— Просто крикни, что нужна защита и мы появимся.

— Крикнуть?

— Мысленно или голосом, неважно.

— Хорошо. А когда вы от меня уйдёте?

— Только когда ты покинешь этот мир.

Ты не пленял нас, мы сами решили присягнуть тебе на верность…господин маг, и нет в мире таких сил, что разорвут эту присягу.

Прекрасно. Пожизненная охрана. Правда, болтливая немного, но это… временные трудности. Озвучивать свои восторги я не стал, вместо этого произнёс:

— Тогда, я ухожу. Призову вас, когда понадобитесь.

Восемь фигур, пять дымчато-серых и три будто сотканных из тьмы, склонились в глубоком поклоне. Мир как-то дрогнул и рассыпался миллионом осколков…

[1]

Хирд — боевая дружина в Скандинавии эпохи викингов

Глава 23

Сначала я подумал, что голову мне всё-таки пробили.

Правая сторона черепа болела так, будто осколки костей влетели в мозг и размололи его в кашу. Или в мозге нет болевых рецепторов? Так, похоже я ещё в добром здравии, если всякие глупости в голову лезут.

На лоб легла прохладная ладонь и тут же голос Йорга произнёс:

— Не беспокойтесь, госпожа, у него голова как из дуба выточена.

Нет, ну вы только гляньте! Стоило отключиться, уже в дуболомы записали…

— У тебя самого башка деревянная, — прохрипел я.

— Очнулся?!

Веки чуть приподнял, увидел зарёванную Эидис, рядом с ней фритта возится. Остальные тоже тут. Причём, только наши, моряков нет. Я ободряюще улыбнулся девушке, но от этого череп снова пронзило болью, что, похоже, также на лице отразилось. Фритта достала какой-то пучок трав и кинулась к очагу, горевшему в углу помещения.