Слуга Короны

Не совсем в тепле, но все же возле костра.

Я вполз на холм. Следопыт слез вниз. Неудачно поменялись. В ямке тепло, хоть и сыро, а тут тебе и ветер, и роса с деревьев падает водопадом. Да еще и глаза напрягай вовсю. Вот я и лежу, таращусь на лениво ходящих меж шатров солдат, на их слабые попытки строить осадные машины. Днем они их строят, а по ночам, должно быть, разбирают. За месяц не то что башню, город отстроить можно, а у них до сих пор ничего нет. Да им и не надо. Захотел, так в город вошел. На хрена осаждать?

– Следопыт, ползи-ка сюда! – Теперь мне пришлось его будить.

– Ну глянул. – Он всем видом показывал, как недоволен тем, что его разбудили. – И чего?

– Ничего знакомого не видишь? Вон там, у шатра с флагом.

Его морда стала еще более недовольная. С жутко изогнувшихся губ слетали проклятия. Ближнее ко мне плечо нервно подергивалось, еще немного, и он отвесит мне подзатыльник.

– Шепот! – выдохнул он, вглядевшись.

– Она.

Шепот стояла у шатра паарского полководца и мило трепалась с ним. Эту тетку я узнаю с любого расстояния, как бы она ни скрывалась и ни притворялась кем-то другим. Она засмеялась и игриво взяла паарца за подбородок.

– Ты еще поцелуй его, – прорычал Следопыт. – Тьфу ты, черт! – Она его действительно поцеловала.

С такого расстояния я не видел знаков отличия, но уж точно рядовым он не был. Но даже этот вояка смутился и опустил глаза. Шепот вспрыгнула на коня со свойственной ее грацией и, бросив очередное обещание, поскакала в нашу сторону.

Как жаль, что я не слышал ничего, о чем они говорили. Я бы ей задал. Но надо бы ее спросить.

– Дуй к Молоту! – Я скатился с холма и увлек за собой матерящегося Следопыта. – А я перехвачу тетю Шепот.

– Может, не стоит? Может, это Молот ей поручил? – промямлил Следопыт.

– Может, и так, а может, и нет. Лучше получить в зубы от Молота, чем нож под ребра от Шепот.

Ну это как посмотреть. Шепот просто убьет, а Молот будет бить долго и упорно, пока не вышибет из тебя дух.

– Бегом давай! – Я подтолкнул его, а сам побежал на свидание с Шепот.

Глядишь, мне повезет и старая шлюха обрадуется родным лицам.

– Медный! – вскричала она, когда я выскочил на дорогу перед лошадью.

Не обрадовалась. Может, притворилась, она же у нас артистка.

– Какого хрена ты тут делаешь? – В ее голосе страх смешался с гневом.

– У меня к тебе тот же вопрос, – ответил я, переводя дух.