Взыскующая Совершенства

Да и неоткуда тут взяться прелату — разве что приблудился из другого домена, но это очень вряд ли. – Что здесь происходит и кто дал вам право убивать моих подданных?

Аколит ещё несколько секунд молчит — ну же, тупи и дальше, пока я приближаюсь! – и только когда до него остаётся метра три, взрывается истеричным воплем:

– Нелюдь! Владыка Света покарает те...

Точно дурак. Совсем-совсем дурак. Пока он орал, я сократила расстояние — и «плеть Хаоса», отожрав сразу двадцать единиц маны, рванулась с навершия крозиуса, разрывая плоть, выбивая зубы и превращая недосказанное проклятье в вой боли.

Пока он под болевым шоком — ещё удар! Плеть врезается в горло, кровь заливает облачение аколита... «Коварный удар», «удар по не сопротивляющейся цели», «удар в уязвимую точку». Даже для четвёртого ранга это немного слишком, учитывая предыдущие повреждения. В общем, несостоявшийся инквизитор подыхает — и глубоко не факт, что на этом его приключения закончены. Посмотрим.

Пехотинцы предпринимают какую-то попытку куда-то дёрнуться — кто в лес, кто по дрова.

.. но все получают по стреле Хаоса от фейри. То же касается и второго аколита — молодого, но явно такого же истеричного фанатика, как и доставшийся мне. Два ваншота, проседающая прямо на глазах мораль... Лине остаётся только приказать «рубить бегущих».

А у меня как раз тикает откат «плети». И пока он не дотикал — бегом сокращаю дистанцию с единственным неохваченным аколитом. Точнее, аколитшей — невысокой девушкой, при виде Взгляда Хранителя скрючившейся под забором и несущей какую-то непонятную чушь.

– Я всё ещё хочу знать, что вы тут устроили.

Спокойствие и самая капелька нетерпения в голосе. В первую очередь это представление не для впавшей в истерику девчонки, а для других зрителей — как моих бойцов, так и жителей безымянного пока для меня хутора. Все бегут-кричат-умирают, кровушка на земле... а предводительница отряда Хранителей Древних спокойно стоит над чуть не подыхающим от страха магом противника. Грубо, но действенно... и не лишено своеобразного очарования.

Так сказать, походно-полевая эстетика.

– Отец... отец Димитрий...

– Мёртв, – снова — никаких эмоций, никакого торжества. Будто уничтожать аколита в прямом столкновении для меня — обычное дело. – И только от тебя зависит, присоединишься ты к нему как услада демонов Той-Что-Жаждет... или мы сможем о чём-то договориться.

Откат дотикал и я тут же призываю своего пока единственного духа-контрактора. Ещё не хватало путаться во вранье и недомолвках...