Сын Демона. Интервью с Истиной

Я осторожно принял ее и поднялся на ноги. Голова кружилась и ощутимо шатало из стороны в сторону, но серьезных повреждений я не нашел, чему был невероятно рад. Ниар, отпустив меня, жадно присосался к фляге и устало выдохнул, не говоря больше не слова.

Я огляделся и недоуменно поднял брови:

— А где?..

Ниар криво усмехнулся углом рта и промолчал, с силой сжав кулаки. Лишь побледнел еще сильнее, с преувеличенным вниманием вглядываясь в горизонт. Тело прошило волной ужаса и, уже понимая, что произошло, я вновь повернулся к штурману, собираясь задать вопрос, когда в глаза ударило ярким светом, словно светило резко упало с небес на землю, забыв погаснуть.

Он появился внезапно, в ослепительно белой вспышке, ровно посередине поляны. Диким взглядом окинул всех нас и медленно осел на землю, отбрасывая с лица спутанные волосы. Яркие прежде глаза померкли до черноты, словно всю жизнь из капитана высосали огромным насосом. Поднял к лицу сперва одну, затем другую руку и бессильно опустил их на колени. Внутри все перевернулось и я уже сделал шаг навстречу, протягивая к нему руку, но Ниар успел раньше.

В один бешеный рывок парень пересек разделяющее их расстояние и обнял пирата, заглядывая тому в глаза:

— Дэм… Что? Где он? Что случилось?

Фаанмико на секунду замер в руках друга, растерянно глядя куда — то перед собой. Опустил голову, вдыхая запах волос полуэльфа и, вдруг коротко и надрывно не то зарычав, не то застонав, отбросил Ниара назад. Вскочил на ноги, безумно улыбаясь в пустоту и неожиданно тихо и горько ответил нам всем:

— Он остался…

И пошел вперед, не оглядываясь, чеканя шаг, словно на плацу.

По поляне прокатилась волна жара и откуда-то сверху, невзирая на чистое небо, зарокотал гром. Мы смотрели ему вслед, не пытаясь догонять, забыв о том, куда пришли, наплевав на опасность, усталость и раны.

Он остался...

Сиреневые глаза, обаятельная светлая улыбка. Серебряный мальчик-ваальсири, который почти поверил в жизнь.

Остался...

Певучий голос, такая знакомая манера щуриться и слегка приподнимать уголки губ в озорной усмешке.

Настоящий, искренний, доверчивый сказочный эльф.

Он остался там...

Дорога до Рокассиодрии заняла у нас намного меньше времени. И потому, что при свете дня тропа была куда более заметна, нежели в темноте. И потому, что шли мы на этот раз, не глядя по сторонам и не пытаясь прятаться. И еще потому, что вместо вражеских отрядов встречались на нашем пути лишь истерзанные тела и кровь, в обилии обагрившая земли Острова.