Сын Демона. Интервью с Истиной

Задумчиво смотрит в окно Инар, боцман галиона «Вергри». Опустила под моим взглядом чуть покрасневшие глаза присоединившаяся к нам под вечер Элоиз. А песня все лилась, словно стремясь достигнуть того, кому была предназначена и не могла его достать — капитан Фаанмико молча глядел в стол перед собой и словно бы не слышал обращенных к нему слов.

Вот только любовь моя болью покрылась твоей,

Ее я собрал по крупицам из льда и огня

Тебя я искал в череде беспорядочных дней,

Забыв, что однажды Судьба обманула меня.

Голос менестреля умолк и в зале воцарилась невероятная тишина.

Казалось, еще немного и это безмолвие можно будет резать ножом на кусочки, словно холодец. Дэм медленно поднялся на ноги и, шагнув к барду, вложил ему в руки золотую монету. Пару секунд молча глядел в глаза испуганному мальчишке, а затем, не слыша оваций, взорвавшихся за его спиной, стремительно покинул таверну. Я обернулся — парнишка, поднявшись на ноги, растерянно и внимательно смотрел вслед капитану, сжимая в руках неожиданное богатство. А затем, понурив плечи, спустился со сцены и ушел в подсобные помещения, не обращая внимания на аплодисменты и крики вокруг.

Часть 7. Черному парусу — черные пути. (Макс)

Праздник закончился практически мгновенно, стоило капитану покинуть гостеприимные стены таверны. Темной тенью скользнула следом за ним Элоиз, моментально поднялся на ноги терр штурман и в ту же секунду насторожились матросы, отрываясь от кружек с пивом и женских прелестей. И к моменту, когда Боцман жестом отдал команду «На борт», мы были готовы и заведение покинули организованно, почти бесшумно и очень быстро.

На улице уже светало, восточный край неба медленно заливало кровавое зарево рассвета, фонари, разноцветными огнями освещавшие пристань, постепенно гасли и в окружении такой иллюминации казалось, что камни мостовой и стены домов залиты жидким огнем. Команда, негромко переговариваясь и похохатывая вполголоса, едва ли не строем быстро двигалась к кораблю и уже отсюда были видны на нем по одному гаснущие дежурные огни и силуэт Тима, переходящий от одного светильника к другому.

Элис, встречая нас, привычно устроилась на грота-рее, следя за движением на пристани в бинокль. А на краю причала, рядом с кораблем, удобно улегся Риор, прислонившись спиной к швартовочному столбу.

Капитан, стремительно приближаясь к кораблю, приветственно махнул рукой вахтенным — Элис неслышной тенью слетела с реи и в нашу сторону мгновенно спустился штормтрап.