Золотой Богоподобный Тиранид

- Похоже мой ученик в самом деле перестарался.

С нескрываемой издёвкой, лидер этой секты смотрел на всех сверху вниз и тут же достал из-за пояса небольшой мешочек. Развязал его и показал всем круглый зелёный шар. Лучась на солнце, эта вещь испускала очень сильную ауру и даже Азар не мог распознать, что это такое.

- У меня тут есть кое что, как раз на такой случай. - Улыбнулся тот. - Целебная пилюля четвёртого уровня. Купил её совсем недавно, знаете ли. Кто же знал, что она понадобится так скоро.

…

- Ого…

- И вы говорите что секта Запечатанного Духа богата.

- Четвёртого уровня, ничего себе…

…

Словно наслаждаясь вспыхнувшим ажиотажем, Патриарх Кровавого Камня, широко улыбался и не спешил ещё что-то говорить.

- Пилюля четвёртого уровня… - прошептал Азар, поняв, что это такое и запомнив духовные потоки и вихри, которые создавала вокруг себя эта загадочная вещь. Однако, даже так, он неосознанно дотронулся правой рукой до своей щеки. До ужасных шрамов, которые проступали тут же, стоило ему немного надавить на белую, закрывающую их повязку. Не смог сдержать появившихся в голове мыслей.

- Раз уж мой ученик так набедокурил, то я думаю должен искупить его вину, - продолжал улыбаться патриарх Кровавого Камня.

- Но… - сказал он, посмотрев на всё ещё стоящего на арене соперника. - Было бы слишком расточительно её просто так отдать, верно? Она, всё таки, очень дорогая…

- И что ты хочешь? - Скрипнул зубами его оппонент, понимая что начинает играть под чужую дудку.

- Да всё просто, - хмыкнул тот, а затем просто швырнул эту пилюлю своему ученику. Таким беспардонным образом, словно эта вещь и не была для него большой ценностью.

- Кто победит моего ученика, тот её и получит, - ухмыльнулся тот, подняв голову и бросив на Азара крайне презрительный взгляд. - Не люблю, когда нашу секту ни во что не ставят, знаете ли.

- Я пойду!!

Едва он бросил этот вызов. Едва он озвучил условия, как тут же появился кандидат на очередную дуэль. Но это был не Азар. Девушка, едва едва ставшая взрослой. С рыжими волосами, которые почти что горели огнём, пылали как второе солнце.