Города в поднебесье

Ходить по нужде в пропасть – это то ещё сомнительное удовольствие…

Когда мы с Нанной только заселились, я примотал обрывок верёвки в дальней, подветренной части трещины, чтобы хоть как-то обезопасить и себя, и девочку от позорной смерти в процессе испражнения… Однако ещё тогда чётко понимал, что это всё не то – оступишься один раз, чтобы не замочить штанину, и поминай, как звали.

В общем, едва только выдалась возможность, я занялся созданием гальюна – по образу и подобию корабельных, замковых и прочих.

Там, где я прикрепил верёвку, удалось вбить в узкую щель две длинных толстых доски, которые выдавались за пределы уступа примерно на полметра. Перпендикулярно первым двум доскам я закрепил ещё четыре – в распор между полом и сводом. По две вертикальных доски на одну горизонтальную.

Я бы всё это с удовольствием закрепил и более надёжно, но как? Гвозди в камень не вобьёшь (во всяком случае, я точно не вобью!), а свёрл у меня нет – только кирка. Вот и приходилось всё делать на одном лишь трении, грязных ругательствах и молотке…

Две выступающие доски я подпёр уголками снизу, и… нет – это было ещё не самое страшное.

Замирая от ужаса, когда взгляд падал вниз, я соорудил на самом краю досок ящик с дыркой. И возвёл стены, прибив каркас к доскам и ящику, обшивку – к каркасу, а крышу – намертво к обшивке.

Я и сам не мог смотреть на это безумное творение испуганного плотника без содрогания… Зато Нанна оценила – и даже похвалила, предположив, что в наших условиях было бы сложно возвести что-то получше.

Впрочем, всё-таки глаза выдавали Нанну, вежливую мою спутницу… И я её понимаю! Я и сам не привык к подобным удобствам, потому что уж что-что, а канализацию даже в Экори провели. В старом городе имелся и водопровод, питавшийся от озёр на верхнем плато. В трущобах пользовались колодцами, но были на чердаках и большие баки, позволявшие хранить запас. И были туалеты. Хоть и не фаянсовые, но вполне себе нормальные – медные.

И вот это моё деревянное зодчество во имя санитарии вызывало у нас, неподготовленных, лёгкий ужас… Нанна хотя бы не дрожала, ступая на эту конструкцию.

Она-то мне доверяла – наивный ребёнок! – и искренне верила в надёжность несимпатичной постройки.

Закончил я как раз вовремя, потому что на следующий день пришлось сидеть в убежище, лишь изредка выглядывая – чтобы подставить очередной котелок, кастрюльку или ведро под потоки воды, лившиеся вниз с альпийских лугов верхнего плато.