Аржо. Книга первая.

Волевой подбородок первого слегка дернулся в утвердительном кивке. Сначала сдохли мухи и прочая живность, кормящаяся и шебуршащая на мне. А потом пришла Боль! Словно умудренный опытом палач, тонким лезвием снимал с меня кожу и сыпал соли. Я задохнулся в безвольном крике, собрал волю и попробовал откусить себе язык. Лучше сдохнуть от потери крови, чем терпеть такое. 

– Держи его! Сука! – мощный удар окованного сапога прервал мою попытку. 

Крепкие пальцы, в стальных кольчужных перчатках зафиксировали мои челюсти.

 Время! Увеличь мощность! Купол ослабляется! – резкие выкрики старшего проламывают барьер боли, – режь его ножом! 

– Ммм, – вибрация, идущая казалось из самого сердца земли все нарастая разрывается сухим щелчком и тут боль меня отпускает, и я теряю сознание, проваливаясь в спасительное небытие. 

Цок, цок, цок! 

Под ладонями, что-то мягкое и теплое, родное. Губ касается мокрая тряпка и чьи-то шершавые пальцы выдавливают мне в рот капли живительной влаги, и я снова проваливаюсь в небытие.

– Эй, мелкотня! Скоро он очнется? Может прикончим? К чему вы тащите его!? Он уже не жилец! – рыкнул вышагивающий впереди процессии низкорослый коренастый орк, со свежим шрамом, пересекающим половину свирепой рожи. 

Почувствовав угрозу хозяину, молодой самец ашала свирепо заурчал и обнажил ряд острейших клыков, кося глазом себе на спину, не сползла ли драгоценная ноша. 

– Нет, нельзя! – проворчал один из тройки молодых гоблинов, восседающий на спине упитанного кацага.

– Зачем ты вообще с нами следуешь? Что тебе до нас? – язвительно спросил у орка второй. 

Третий, самый молодой из них благоразумно промолчал. 

Плечи орка, дернулись как от удара хлыста, он вмиг как-то осунулся, исчезла напускная бравада. Пропал могучий уверенный в себе воин, на его месте стоял их сверстник, растерянный и слабый. 

Усилием воли, молодой орк погасил в себе зародыши слабости и пророкотал в ответ: 

– Мой дед был верховным шаманом и начинал готовить меня, чтобы, когда придет время я смог продолжить начатое им.

Понурая голова орка свесилась на грудь. Побелевшие пальцы стиснули рукоять кинжала, выглядывающего из-за пояса. Чи на миг успел озарить мелькнувшую и тут же высохшую слезу в углу глаза. 

Гоблины, видя состояние своего спутника, виновато переглянулись.