Сафари для победителей

Уставившись на изящную золотую печатку, Граций холодно улыбнулся, кивнул:

- Интересная вещица – и я догадываюсь, откуда она. Наверное, вы и в самом деле знаете, о чем говорите.

- Если вы хотите их схватить, то поторопитесь. Не прошло и получаса с тех пор, как они подались в горы. Я могу показать путь.

- А почему это вы так любезны? – осторожный капитан заподозрил неладное.

- Четыре моих сына лежат мертвые. Они убиты. Мечом. Тот, кто отдал приказ, прячется в пастушьей хижине на пути к дальним пастбищам. Я хочу смерти.

Для всех.

Граций понимающе кивнул:

- Забирайтесь наверх - встанете за башней и будете показывать дорогу.

* * *

Советнику очень хотелось расспросить женщину подробнее, но увы – на ходу это невозможно. Рев двигателей и рывки корпуса не способствуют общению. Его заинтриговали слова про человека, отдавшего приказ. Или она сбрендила от горя, или знает то, что неплохо бы узнать и Грацию.

А еще советник с каждой минутой злился все сильнее и сильнее. Злился на драгун. Он мечтал заполучить в свои руки минимум десяток этих неумех, и казнить разнообразными способами.

Например, первого можно обвязать колючей проволокой, посадить в бочку, и целый день катать ее с горы и обратно. Если случится чудо, и он уцелеет, в бочку можно будет запустить пчелиный рой. Это будет смешно. Насекомые неплохие помощники для пыток – будто созданы для этого. Личинки каменных шершней, зашитые в брюшину, способны свести с ума за час, а то и менее. За неимением их, можно использовать красных лесных муравьев, а в южных землях гигантских термитов. Последние мясо не едят, но разозленные способны поступиться некоторыми принципами.

Было на что злиться. Танк не ехал – танк полз. Машина, не особо быстроходная на ровных степных дорогах, при езде в гору плелась черепахой. При этом она еще и скрежетала угрожающе, будто собиралась вот-вот развалиться. Скорость упала до смехотворной, и Грацию это не нравилось. Но увеличить ее было невозможно – королевский дракон попросту неприспособлен для гонок вверх по склону.

Сейчас бы очень не помешали драгуны, но проклятая кавалерия сгинула бесследно. И советник подозревал, что неспроста – слишком уж эпатажно он вел себя ночью… запугал народ. Вон, Эттис до сих пор косится будто на голодного людоеда.

Проклятые сны – вечно не вовремя нападают, и вечно он не может с собой совладать после них…

За спиной, перебивая шум двигателей, донесся истошный крик. Обернувшись, Граций увидел, что женщина указывает куда-то вверх и правее.