Легенды Мелизоры-4. Последняя битва

Ни улиц, ни площадей я не заметил, зато отчетливо увидел вдалеке кольцо света, окружавшее город. Странно, что бы это могло быть? Выглядит так, словно кто-то зажег вплотную друг к другу тысячи костров. Но ведь здесь со времен Великой Битвы никто не живет. К тому же, какие костры могут быть на дне моря?

Знание мира: +1. Текущее значение: 79

И тут я почувствовал странное тепло на груди. По мере того, как мы приближались к шпилю, оно все усиливалось, почти обжигало, и я, наконец, сообразил: амулет! Он нагрелся и начал тихонько вибрировать.

Вот она, сила светлого храма! Значит, я на правильном пути!

Вдруг что-то большое и черное мелькнуло в глубине под кораблем и, точно огромная туча в ускоренной перемотке, пронеслось над городом анлоров. Спустя секунду из-под днища судна вынырнуло гигантское щупальце и метнулось к Потапу. Обвило его, словно питон, и подняло в воздух. Лицо рыбака стало пунцовым, в уголке рта появилась струйка крови. Глаза, почти вылезшие из орбит, неотрывно смотрели на палубу: там лежала моя сума, а из нее торчала любопытная морда Диогена.

– Пти... ца... – прохрипел Потап.

Фигасе, походу, пророческий сон его деда начинает сбываться! Но думать об этом не было времени. Выхватив Кладенец, я рванул на помощь. Размахнулся и только хотел ударить по щупальцу, как корабль качнуло, и я кубарем покатился к противоположному борту. Ударился об него спиной, поднялся и потряс головой, пытаясь прийти в себя.

Тем временем щупальце зримо напряглось, послышался громкий хруст, во все стороны брызнула кровь.

Оно тут же ослабило хватку, разжалось, и тело Потапа с вывернутой шеей и вывалившимся изо рта языком с отвратительным хлюпаньем шмякнулось на палубу.

Раздался треск, я обернулся – со стороны кормы лезло еще одно щупальце, фиолетовое, пупырчатое, с розовыми присосками и щетиной жестких волосков. Снова треск – еще два, и еще.

Теперь они перли со всех сторон, извиваясь и явно отыскивая следующую жертву. Подхватив суму, я жахнул мечом по ближайшему, и меня окатило вонючей серой слизью.

Отрубленный кусок продолжал корячиться, лежа на палубе, а из раны тут же начала расти новая плоть – розовая и трепещущая, как желе.

– Димон, валим отсюда!

Обернулся – Серый, подхватив Марусю, перевалил за борт.

– Погоди, а зелья? – заорал я. – Подводного дыхания!

– Утонули! – раздалось снизу.

Тьфу ты, блин!

Я ринулся за друзьями, но не успел. Вокруг колыхался уже целый лес фиолетовых щупалец.