Человек-Судьба.

— Рад, что хоть кто-то продолжает активно помогать на Фронтире. А то некоторые...

— Ну-ка, ну-ка, — прошептала Хельга: она обожала сплетничать.

— Да вот некоторые... — кашлянул я. — Например, Ведьма ко мне забегала. Пыталась быкануть, да я её на три весёлых буквы послал...

— Да ладно! — шокированно протянула бабуля. — Вот паршивка! Уже какой месяц на связь не выходит... Мы её скоро из лиги турнём, вот пускай помучается в самоволке эдакой... Тьху!

— И не говори, — причитал я в унисон с бабушкой. — Хотела девочку, что у меня под опекой, себе захапать.

Она мне, говорит, нужнее. Ну не дура ли!

— Дура, ещё какая, — покивала Хель, затягиваясь. — Девочка-то молодняк совсем, ни мозгов, ни силы. Тут подход особый нужен, чтобы из слабого ростка вышла пышная роза... Твой, короче, подход.

— Ага. Ну, значит, ты на Фронтир? И надолго?

— На месяц-другой, пока хмыря этого не поймаю и уму-разуму не научу, — ответила пожилая женщина, тут же закашлявшись. — Экхе-кхе-кхе... Хороший, з-зараза, табак. Дорожает всё, к тому же.

Скоро из Москвы придётся заказывать, а то блоками уже нигде не продают...

— А-а, всё та же старая-добрая Хель, — рассмеялся я. — Я и вправду соскучился.

— Не подлизывайся, шельмец, — отрезала Хельга, впрочем, тут же белоснежно улыбнувшись. — Ла-а-адно, я тоже. Немного. По твоим белым кудрям сложно не соскучиться... Ты-то хоть тут как? Девчонку себе, гляжу, какую-то подрезал?

— Ты про Настю или Катю? — выгнул я бровь.

— Ещё и двух, вау, — уважительно, но не без сарказма покивала бабуля.

— Налаживаешь личную жизнь, выходит. Эт хорошо, эт правильно...

— Есть такое, — не смог я сдержать улыбки.

— А помнишь, как мы с тобой Артея гасили? — прохрипела Хель. — Э-эх, вот то были сражения, вот то была жесть... И сила, и мощь! Ты тогда едва-едва двухсоттысячный перешёл, я помню. И Машка себе ещё мозги магией своей ведьминской не промыла... Да и я, чего уж греха таить, себя молодой чувствовала! Не то что сейчас... Все кости ломит, хоть к целителям обращайся.

— Помню, а как же, — протянул я, вслед за бабушкой погружаясь в воспоминания.

— Бог Огня засел в огромном колизее, арене, где собирал бойцов из своей и чужих паств, чтобы те сражались ему на потеху. Мы проникли внутрь под видом обычных участников, а потом дружной толпой атаковали. Правда, ему было насрать. Артей, да... Старый бог уже. Почти девятьсот тысяч себе апнул, засранец. Как только мы не пытались, даже царапины ему не нанесли...

— Ну, ты-то нанёс, — вежливо поправили меня.