Земли Меча и Магии

Хотя, может, и следовало — судя по красноречиво бросаемым в сторону пленников взглядам, ухо надо держать востро. А то ещё случится какой несчастный случай, с летальным исходом...

Пленных развели в стороны, и я допросил их по отдельности. Оба в один голос твердили, что больше коллег по ремеслу поблизости нет, и какой-то мести с их стороны  можно не опасаться. Ещё они умоляли сохранить им жизни, и на резонный вопрос, зачем это делать, заявили, что знают дорогу к пещере, где хранится награбленное.

Только, по их словам, там охрана, с которой мог справляться только покойный атаман.

Из трофеев нам досталось оружие, еда, что оказалось весьма кстати — как раз собирался послать кого-нибудь в деревню за провизией, а то наша подходила к концу, два мешка, один с кристаллами, второй с драгоценными камнями — ресурсы, немалая сумма золотом, и куча разного хлама — шмотки, одеяла, предметы мебели, словом — всё, что только успели награбить за время своего промысла разбойники.

Кроме этого выяснилось, что мы разорили гнездо рабовладельцев. В одном из подвалов нашлись нескольких грязных, сильно заморенных мужичков и целый гарем девок. Рыжий и его люди тут же бросились к ним, стали орать и обниматься — видимо, узнали знакомых. Шум и гам поднялся, кажется, на весь лес. Я с улыбкой наблюдал за этим — приятно чувствовать себя на светлой стороне.

Потом взгляд зацепился за одного из спасённых, который показался смутно знакомым. Присмотрелся внимательнее.

.. И понял, на кого он похож. На Путяту! Неужто сын, тот самый, пропавший?..

Я тронул Белоснежку вперёд и подъехал ближе.

— Эй! Не сын ли ты Путяты?

Густые брови и серьёзный взгляд на заморенном, но всё же довольно молодом лице — нет, сомнений быть не может. Что тут же и подтвердилось.

— Да. Путятович я, звать Всесвет, — ну и семейство у них... Всеслав, Всесвет... Замучаешься различать! — А в чём дело? Вы знаете моего отца?

— Знаю. Ваша деревня теперь принадлежит мне.

И Путята говорил, что если кто поможет узнать хоть что-то про «отпрыска его нерадивого», тому всё отдаст. А я вон, даже выручил тебя.

Всесвет зарделся и нахмурился — упоминание о совершённой ошибке задело за живое. Я улыбнулся, стараясь смягчить впечатление.

— Не переживай. Я не так, чтобы претендую. И... все мы ошибаемся, Всесвет. Но тебе повезло. Вы уже сегодня будете в деревне. Радуйся, что кончилось хорошо!

На этом наш разговор закончился.