Не такая как все! Путь домой

Вышел из самолета и хромая поплелся к морю. Его била мелкая дрожь лихорадки, кожа его тела все время была влажной от пота. Парень скинул с себя штаны и окунулся в освежающие соленые воды. Он глядел в небо, на котором уже появлялись звезды. А ласковые волны качали его ослабшее и разморенное тело. Он не думал о том хищнике, чьи следы он обнаружил вчера, ему было как-то все равно, жив он будет сейчас или нет. Его рассудок отказывался здраво мыслить. Лихорадка брала свое…

Через несколько минут, сколько именно, он не помнит, к нему вернулся разум и завопил, что уже наступила ночь и надо бы отправиться туда, где сухо и тепло.

Миф, повинуясь временному возвращению здравого смысла, выбрался из воды и ушел в самолет, провожая взглядом мириады звезд в ночном небе.

*****

Как ни странно, Миф сегодня очнулся утром, ранним утром, до восхода солнца. Вышел на свежий воздух и, напившись воды, принялся за работу. Наконец могила была готова, он выстелил дно ямы пальмовыми ветвями, соорудил нехитрый крест из двух веток тростника.

Войдя в самолет, постелил одеяло рядом с телом девушки, он хотел омыть его в последний раз в море, как полагается перед погребением. И, перекладывая его на одеяло, обратил внимание на грудь, точнее, на коричневые кончики груди, которые от нечаянного прикосновения вдруг среагировали и сжались. Вот те раз!

— Ну, надо же, лихорадка просто жуть! Уже и галлюцинации начались… — проговорил Мефодий. — Если так дальше пойдет, то и призраки мерещиться начнут…

Парень, не придавая значения увиденному, продолжил свое дело – спокойно тащил одеяло с телом к выходу.

«О, о! Пора возвращаться в тело, реально пора. Не то заживо похоронят… — думала я.

Но у меня никак не получалось вернуться, прошлые попытки оказались бесполезными, и уж очень не хотелось ощущать вновь эту боль в груди, по всему телу, она меня пугала, мешая расслабиться и слиться воедино с телом.

— Детка, ну же, ты у меня сильная, у тебя получится! Давай! — подбадривал меня Миллхорр.

Вот Миф уже открыл дверцу, и за его спиной на берегу красовалась яма, приготовленная для меня. Он немного замешкался, наверно, думая, как спустить вниз тело, ведь взять его на руки ему просто не представлялось возможным, так как сам еле стоял на ногах.

Я же, приложив все усилия воли, крепко стиснув зубы, направилась к своему телу, — и опа! Не тут-то было, меня отбросило чуть ли не на сто метров от него, как и прошлые разы. Но в этот раз гораздо сильнее.