Четыре толстяка

Иерихон, страшно трясясь от разрушения планеты, выкрикнул заклинание, и каменная глыба, на которой стояли всё действующие лица столь исторического события. 

Город Сиел встретил нашу четвёрку шумом, вонью и упругим ударом ветра. Друзья радостно смотрели на ужасную клоаку, рассадник преступности и коварства и улыбались. Самсон огрел почти пришедшего в себя полиморфа по голове, и принялся чертить руну призыва дозорных. Через полчаса за «суккубом» прибыли два молчаливых ангела и без лишних вопросов забрали груз.

 

                                      ***

Город Сиел начал полыхать примерно через час после прибытия наших героев. Всё таверны, принадлежащие концерну «Пьяный союз» вспыхивали, как вёдра со спиртом. Синим пламенем «Дитя Гордыни». Иерихону опять выпал огонь, чему тот несказанно обрадовался. Самсон подрывал фундамент меткими ударами молота. Всего в городе было порядка четырёх сотен таверн «Пьяного союза» что составляло почти четыре пятых от общего числа таверн.

Но в данный момент всё они были объяты пламенем и обращались в пепел. Оставалась последняя. Она была наиболее укреплённая из всех прочих, которые уже почти догорели  к этому моменту. Феофан мог гордиться. «Злой Золотой Заяц» бы выбран в качестве штаб-квартиры совета директоров концерна. Но Феофан пылал яростью. 

- Моё детище осквернили продажные сволочи… Уничтожу тут всё. Взорву ко всем чертям.

 

- Кроме Билли, ладно? - сказал Тоот. - Я ему обещал, что к нему никто ничего взрывать не будет. Он славный чёрт, не смотрите на меня так! 

- А, тот силач, что из железной руды скульптуры делает? Помню его, к нему не надо взрывать, -  сказал Самсон. 

- А что за скульптуры? - спросил Иерихон. 

- А ну хватит!!! - заорал Феофан. - Там мерзопакостные мрази захватили мою таверну! МОЕГО ЗЛОГО ЗАЙЦА!!! - голос поднялся до высочайших частот.

 

- Вот почему злой заяц… - задумчиво проговорил Тоот. - есть у меня одна идейка. 

Он взмахнул когтистой лапой и из таверны вылетели всё директора, полсотни охранников с мечами, которые тут же очутились у шей своих владельцев, а также бармен-заяц, в странно хорошем для пленника костюме. 

- Значит, так, - сказал Тоот своим страшным голосом. - Вы всё страшно обидели моего друга, который всем сердцем старается избавиться от взрывозависимости.