Ветры Осени (Бастард-4)

Йор закрути топор, слишком тяжёлый и огромный, что бы им мог управиться обычный человек. Единственный удар смёл всадника, а великан издал полный ярости вопль.

Орландо проскочил меж новых союзников, подрубил ноги коню третьего демона. Всадника вышвырнуло из седла прямо под опускающийся топор.

— В замок! — Завопил Крас, отчаянно жестикулируя, вздрогнул, увидев, как в городе вспыхнуло пламя.

Лицо слава вытянулось, а из-под шлема, несмотря на холод, побежала струйка пота. Мара помогла сыну встать, оглядываясь на побоище у подножия.

От лагеря королевского войска остался лишь жалкий клочок, ощетинившийся копьями и окружённый телегами.

Али поднял голову и взглянул на Луиджину-младшую, глаза у него голубые, с тонкими золотыми жилками. Эльфийка вздрогнула, узнав черты отца, перевела взгляда на тело женщины, на Орландо, сцепившегося с демоном. Закусила губу.

— Почему не работает? — Пробормотал Али, прижимая к груди глиняную чашу. — Я ведь сделал её из пыли Святого Грааля и крови Бога.

.. почему не работает?! ПОЧЕМУ ОНА НЕ ОЖИВАЕТ?!

Луиджина потянулась обнять ребёнка... Золотое сияние отшвырнуло, покатило по снегу. С вершины холма закричала Мара, но голос затерялся в грохоте нарастающей битвы.

***

Демоны могут смять их одним ударом, но под смех Лорда окружают, как стая волков. Одиночки методично наскакивают на троицу, зажимая в центр круга. Орландо зарычал, отбиваясь от очередного демона, орудующего двумя мечами.

Обсидиановые клинки взрезают морозный воздух, оставляя призрачное голубое свечение.

За спиной вопит великан, слышны гулкие удары огромного топора по латам и скупые «стуки» кулака эльфа. Калека сражается методично, экономя дыхание и силы. Орландо вертится намасленным ужом, спада мелькает со всех сторон, образуя зыбкое марево. Демон захохотал, поняв, что жалкий стальной меч неспособен пробить латы... Спада высекла сноп искр ровно у основания шеи и голова свалилась в снег.

Вспышка света ослепила, демоны отпрянули закрываясь руками.

Орландо непроизвольно обернулся и увидел Али, окутанного золотым огнём. Мальчишка вскинул руки и истерзанные тела по всему полю боя зашевелились. Лорд повернул голову, наблюдая, как изувеченные солдаты короля исцеляются... но теряют остатки человечности.

Лица разглаживаются в единообразные маски, а глаза, потеряв радужку, источают золотое свечение. Конечности и клыки с хрустом удлиняются, а рты превращаются в пасти, распахнутые от уха до уха.