Ветры Осени (Бастард-4)

Кот наконец умостился, обвил лапы хвостом и воззрился на эшафот.

Преступнику дали глоток вина из серебряного кувшина. Палач в красном колпаке, полностью скрывающем лицо и плечи, проверил узел и довольно кивнул. Судья закончил чтение обвинения и принялся выслушивать речь адвоката. Затем властно отмёл все претензии и кивнул палачу.

— Обвиняемый признан виновным по всем пунктам, приговор, смерть через повешенье. Приступайте!

Под улюлюканье толпы пол под преступником распахнулся и предатель задёргался в петле.

Будто червяк, насаженный на крючок. Крас скривился и поднялся с лавки, махнул Орландо.

— Пошли отсюда, представление окончено.

— Не шибко весёлое, скажу.

— Простолюдины такое обожают. — Сказал Крас, указывая на толпу, обступающую эшафот. — Смотри, сейчас отмучается и они начнут разбирать его на амулеты.

— Фу... зачем?

— Ну знаешь, жир и семя мертвеца, говорят, приносит удачу и вообще обязательные ингредиенты для амулетов.

— Н-да...

***

Крас вошёл в мертвецкую и шутовски поклонился Калиме, стоящей у стола с телами.

Подобную фамильярность он позволяет только наедине, ведь перед подчинёнными нужно блюсти иерархию. Герцогиня махнула, приглашая подойти.

— Посмотри на них.

— Мёртвые арабы, — сказал Крас, пожимая плечами и подходя, окинул взглядом успевшие посинеть и набухать тела, — вот левому совсем плохо было, так развалиться.

— Много ты знаешь людей, способных разрубить тело? Одноручным мечом.

— Всякое бывает, но нет. Я таких не знаю.

— А вот Орландо смог, посмотри, как разделён позвоночник.

Ровно меж позвонков, а плоть будто бритвой вспорота. Изумительно.

Калима указала пальцем, прицокнула и покачала головой. Крас хмыкнул, стараясь не смотреть на жуткую рану. Если это вообще можно так назвать. Узкий луч холодного света пробивается через крохотное оконце, под потолком. Падает на противоположную стену и заполняет мертвецкую тягостным сумраком.

— Ты позвала меня, чтобы дать ещё одно доказательство нашей теории?

— Нет, вот за этим.

Калима сдёрнула ткань со второго мертвеца и ткнула пальцем в крохотную татуировку под левым соском. Больше похожую на родимое пятно.

— Пхасингары! — Провозгласила Калима.

— Точно? Что-то он непохож на индуса.

— Это меня и тревожит. Неужели тхаги начали набирать чужаков в культ Кали.

Крас пожал плечами, напряг мышцы живота, прогоняю предательскую дрожь. Идущую с ним через года, после первой встречи с душителями, служившими халифу.