Ветры Осени (Бастард-4)

В одном месте вода просочилась и мерно капает на доски.

Ветер стонет, хлещет, как мокрая плеть и… предупреждает.

Крупицы сна выветрились из сознания, оставив Орландо молча смотреть в тент, подсвеченный вспышками молний.

— Всего лишь дурной сон. — Одними губами прошептал парень.

Он действительно убегал от своры и не раз. Охотился на демонов ради мяса и рыскал по лоскутам. Был у странного железного корабля и спасался от Дикой Охоты. Но не видел той поляны! Не видел ведь?

Снаружи заёрзал Винченцо, стоя́щий в дозоре.

Очередная вспышка молнии отпечатала на ткани сгорбившийся силуэт, закутанный в плащ. Кармен дёрнулась, перевернулась на другой бок и прижалась к Орландо задом. Будто пытаясь спихнуть с кровати.

Тревога, охватившая ещё во сне, сдавила сердце бритвенно острыми пальцами. Орландо осторожно выполз из-под одеяла, прикрыл возмущённо бормочущую девушку и выпрыгнул под ливень. Мышцы протестующе взвыли от боли, что отдалась в костях… но это даже приятно. Ледяные струи забили по плечам и макушке.

Парень поёжился и набросил прихваченный плащ. Скроенный из плотной, не пропускающей воду ткани. Закутался и оббежал телегу.

Приметил спящего под импровизированным шалашом коня. Животное, будто не волнуют бахающие раскаты грома. От ливня и холода его защищает сплетение ветвей куста и накидка.

Винченцо покосился на брата, вскочившего на козлы, мотнул головой.

— Рано, твой черёд через час.

— Не спится. — Вздохнул Орландо, садясь рядом и морщась от чувства сырой лавки под задом.

— Плохой сон?

— Угу… приснилось, что женился.

— Понимаю. Дня страшнее, в моей жизни не было. Но оно того стоило.

— Ого. Прям так хорошо вышло?

— Лучше некуда! Любимая женщина в жёнах, да о таком даже императоры не мечтают!

— Ого! Чем же тебя пленила эта смуглянка?

Винченцо хитро улыбнулся, наклонился и прошептал, приложив ладонь ребром к уху:

— Оказывается, в Индии написаны огромные трактаты по искусству плотских утех! Она такие вещи вытворяет, суккубы от зависти удавятся!

— Поделишься с братом? — Со смешком спросил Орландо.

— Ещё чего! — Ответил Винченцо, отстранился и ткнул кулаком в плечо. — Я могу поделиться с тобой землями, дворцом, слугами, золотом и вообще всем, кроме неё! Таким сокровищем вообще не делятся! Она только моя… а я только её!

Парень засмеялся, хлопнул по плечу и подтолкнул брата. Когда Винченцо ушёл спать, улыбка ещё долго не сходила, даже несмотря на резкие порывы ветра и боль в ранах.