Проверка на прочность

– В каком отряде он служил?

- В Орлином братстве, - ответила за сестру Алана, опередив ее всего на миг. – Он служил под началом эльфа Зильвры!

По рядам слушателей пронесся еле слышный вздох восхищения. Зильвра был легендарным воином, известным всем обитателям Парсеи. Служить под его началом было высочайшей честью, которой добивались лишь немногие прославленные воины.

Джумаан увидела, каким восторгом загорелись глаза Кох-Ара при имени командира Орлиного братства. Молодой драк подался вперед и с нетерпением стал слушать, о чем рассказывала Ишике.

- Но наш отец попал в Братство не сразу, конечно. После того, как он прошел Испытание, его выбрал в ученики один из самых лучших наставников - Хун'ат!

- Это же джинн? – встрепенулась Май'Те. – Да?

- Да, - подтвердила Ишике, - в Цитадели вообще много джиннов-командиров. Говорят, они – самые лучшие наставники для первой ступени. Только не думай, - фангейка снисходительно посмотрела на щуплую девочку, - что тебе от этого будет легче заполучить наставника.

Они берут только самых перспективных воспитанников или тех, кто может заплатить за свое обучение! Ваше родство ничем тебе не поможет! Разве что, если ты блестяще пройдешь Испытание. Но это, - она еще раз окинула с ног до головы насмешливым взглядом Май'Те и съеженную фигурку Джумаан рядом, - вам обеим вряд ли грозит! Испытание с первого раза проходит только каждый второй новобранец. И дело не только в физической подготовке рекрута – надо еще иметь хорошую экипировку. А у вас, я вижу…

- У них даже одежды на смену нет, не то, что оружия! – очередной раз зло уколола девчонок Эоран.

– Но ничего, в Цитадели есть много конюшен, и вам там всегда хватит работы!

- У вас все в Прарне такие завистливые или это только ты такая попалась? – зло огрызнулась на слова полуэльфийки Май'Те.

- Завистливая? Я? А чему у вас завидовать? У вас же ничего нет! – засмеялась Эоран. – Вы же нищенки и бродяжки, а у одной из вас даже имени нет!

Терпеть такое отношение Джумаан больше не собиралась.

Несмотря на слабость, которую она все еще испытывала из-за своего раненого бока, девочка вскочила на ноги и выкрикнула:

- Я не безродная! Знай, Эоран О Фаолайнни, что я, седьмая дочь Дайо Дакарая по прозвищу Железный Пес и Гиллиосы Ó Яунтирр, которую называли Тигрицей Джахрира, еще покажу тебе, как надо проходить испытание и защищать Парсею! И имя тут – ни при чем!

Выпалив эти слова, Джумаан развернулась и в бешенстве понеслась прочь от негостеприимного костра.